02-02-2021 Литература 356

Эпоха парфюмера. Рецензия на книгу Робера Мюшембле «Цивилизация запахов»

Эпоха парфюмера. Рецензия на книгу Робера Мюшембле «Цивилизация запахов»

Иван Кудряшов

Книг, посвященных теме запахов и ароматов в культуре, все еще сравнительно немного, особенно на русском языке. Поэтому переведенная и изданная в 2020 году в серии «Культура повседневности» работа Робера Мюшембле «Цивилизация запахов» сразу же привлекла внимание специалистов и интересующихся этой темой. Число последних в том году неожиданно выросло по всем понятным причинам: один из симптомов ковида позволил многим переоценить место и значение запаха в их жизни. Да и сам жанр историко-антропологического анализа повседневных вещей (начиная от цветов, запахов, вкусов до символов и предметов быта) сегодня привлекает многих, ведь именно в простых удовольствиях и в быту мы все чаще ищем «тихую гавань» среди штормовых реалий.

Признаю, начало работы меня вдохновило, и потому считаю, что ради нескольких ценных замечаний ее стоило приобрести. Если же говорить о рекомендации в целом, то эту книгу, пожалуй, стоит прочесть тем, кто серьезно изучает подобные вещи. Насчет простого читателя несколько сомневаюсь. Несмотря на все предуведомления (в том числе вынесенная в заглавие эпоха), эта книга имеет все шансы вас разочаровать. Дело в том, что ее название и первые страницы выглядят как обещание развернутого анализа тематики запахов и ароматов в истории человечества, как минимум в европейской цивилизации. Однако нет, лишь первые 30-40 страниц побалуют вас теоретическими соображениями и необычными открытиями. Например, вы знали, что среди млекопитающих самый сильный нюх совсем не у собак, а, как ни странно, у кошек? Подобные нюансы крайне интересны – и потому хочется еще. Увы, дальше интересные сведения приходится добывать по крохам. Автор многократно злоупотребляет повторами своих мыслей из начала работы и длинными перечислениями ингредиентов. Так что оставшийся объем работы скорее похож на узкое историческое исследование трех с небольшим столетий, к тому же автор говорит о всей Европе, но, судя по источникам, практически только о Франции. Более того, исследование узкое не только по меркам научпопа, но даже в сравнении с широко известными работами историков – и виной тому как личная авторская оптика, так и избранная им методология.

Что же с ними не так?

Личная оптика

Все мы несколько предвзяты, будучи авторами, поскольку личность нельзя просто устранить из процесса творчества. Да и саму тему исследования мы ведь выбираем только потому, что она чем-то задевает нас. Даже пресловутая теоретическая актуальность почти всегда воспринимается через призму собственных представлений и ценностей. Но и на этом фоне Мюшембле явно пережал с какой-то глубоко личной склонностью. Не буду ходить вокруг да около и маскировать проблему эвфемизмами: автора не интересуют запахи, его интересует зловоние, а прежде всего человеческие выделения. Фактически, вся его книга посвящена защите лишь одного тезиса: запахи пота, фекалий и мочи в разные эпохи воспринимаются по-разному. Многим кажется, что отвращение к ним естественно, но экскурс в период XVI-XVIII веков действительно способен это представление пошатнуть. Занятно, что в русскоязычном издании иллюстратор подобрал очень точную картину для оформления - «Обоняние» из серии «Пять чувств» Яна Минсе Моленара (для сравнения: в оригинальном издании на обложке Флора с картины Джузеппе Арчимбольдо).

Тезис и правда оригинальный. И все же, если вы не разделяете подобных пристрастий, то вы очень быстро обратите внимание, что анализу скатологических эпизодов посвящена большая часть всех собранных фактов. Не то чтобы эту тему стоило умалчивать, но больше половины текста? Тем более, что оставшийся объем целиком достается второй теме – духи и ароматические средства (в т. ч. лечебные) тех времен. За исключением двух-трех коротких оговорок для Мюшембле нет таких сфер, как культурное осмысление запахов еды, связей ароматов с воспоминаниями и местами, социальных ритуалов и многого другого. Даже в главах, посвященным запаху мужчин и женщин, а также практикам соблазнения, автора буквально клинит на двух аспектах. В оценке разницы полов он раз за разом подчеркивает мизогинию предков, иногда позволяя себе глупости в духе «вот наша эпоха лучше, чем та» (подобное позволительно обывателю, но культурологу или историку - точно нет). А в обращении к теме соблазна, он почему-то делает акцент на том, что вещества, из которых делалась косметика могли быть весьма неприятны для кожи или на запах и вкус. Кроме того, прискорбно видеть, что Мюшембле просто не замечает противоречия между тем, что он клеймит общество за женоненавистничество и подавление, в котором вместе с тем женщинам доступна огромная власть в личной сфере (а соблазн - это власть, как отмечали многие соотечественники автора, коих он видимо не счел нужным прочесть).

Методология исследования

Допустим, что автор не смог сбалансировать разные темы и вопросы в своем исследовании, но можно ли опираться на то, что он осветил в книге? С одной стороны, Мюшембле проанализировал большое количество архивных документов, к которым у меня (как и многих) просто нет доступа - и за это ему большая благодарность. С другой стороны, в процессе чтения я, регулярно отхватывая когнитивный диссонанс, задавался вопросом - что за странный выбор?

Скажу прямо: мне кажется, что его методология не подходит для задач данной книги. Исследование культуролога предполагает опору на разные методы, здесь же слишком явно превалирует утрированный исторический метод. За исключением введения и первой главы, где автор обращается к истории, литературе, философии и даже естественным наукам, остальной текст написан в тщательном следовании документу. В прокрустовом ложе такого подхода нет места фантазии и авторскому отношению, что делает книгу педантичной и скучноватой. Этот стиль был бы уместен на защите диссертации, но не в книге, заранее ориентированной на широкую публику (прежние две работы Мюшембле - «Оргазм» и «Очерки по истории дьявола» именно таковы).

И даже в этом случае выбор «документов» несколько смущает. Основные выводы автор делает на основе трех видов источников: (1) описи имущества почивших парфюмеров или перчаточников; (2) книги с рецептами и рекомендациями парфюмеров и медиков той эпохи; (3) литературные, в основном поэтические, произведения эпохи. В чем здесь проблема? В источниковой базе слишком мало юридических документов (упоминаются лишь пару раз, в связи с выдворением скотобоен из городов и открытием новых свалок, а также с жестокими мерами против адюльтера, что к запаху вообще не относится). Почти нет живой, повседневной речи, которая могла бы помочь ощутить дискурс того времени: его проблемы, отличия и внутренние сдвиги. Для сравнения: Мишель Фуко в «Истории безумия в классическую эпоху» отыскал замечательные протоколы сержанта Д`Аржансона, судебные речи, отчеты врачей - и эти реплики очень точны в характеристике представлений о разуме и неразумии тех времен. Мюшембле либо не старался, либо даже не пытался сделать нечто подобное.

Недостаток дискурса он с лихвой заполняет обращением к литературе и поэзии, причем, не только Нового времени, но и античной. Проблема в том, что такой материал уж слишком похож на выборочный сбор фактов - то, что в современной литературе называют «черри-пикинг». Собрать вишенки с торта - еще не значит дать точный обзор явления. Но ведь в литературном творчестве всегда можно найти полярные мнения - и чтобы утверждать, что одно из них доминировало, требуются доказательства (автор их не приводит, даже не намекает на них, а оценить систему научных ссылок на английском и французском не каждому под силу).

Наконец, вызывает вопросы и главная фишка исследования - те самые описи имущества в лавках парфюмеров. С одной стороны, галантный век - это действительно век парфюмера, его влияние на двор, а значит и на судьбы династий и государств, огромно. С другой стороны, как кажется, здесь были бы более уместны более глубокие экскурсы во взаимодействие общества и кудесника ароматов. Само по себе наличие товара/ингредиента и его количество - просто факт, ничего не говорящий без интерпретации. Автор, однако, предпочитает уткнуться в эти списки и груды фактов, делая вид, что они очевидны, словно сам запах. Но я как читатель - не вижу и не ощущаю здесь ответов. Так Мюшембле утверждает, что в XVIII веке вдруг выходят из моды животные мускусы и их заменяют легкие цветочные ароматы. В доказательство он почему-то приводит опись рубежа веков, в которой в равной степени присутствуют как цивет, мускус и амбра (животные эссенции), так и флёрдоранж, нероли и розовая вода (цветочные основы духов). Честно говоря, если факты понимать прямолинейно (что популярно, то и хранится в парфюмера), то доказал он обратное. Если же придумать более сложную интерпретацию, то можно предположить, что часть товара залежалась именно потому, что вышла из моды (вроде логично), но какая именно – та, которой больше или меньше? Ведь парфюмер мог купить большой запас востребованного ингредиента, а мог напротив хранить невостребованный, поскольку ранее он ему дорого стоил. Автор даже не очень помогает нам оценить эти строчки описи: например, «5,5 гранов мускуса (стоимостью 35 франков 55 сантимов) и 2,7 килограммов амбры (19 франков 25 сантимов)» - это по тем временам много или мало? дорого или не очень? Когда подобные вещи не разъясняются, то читатель вынужден сперва ощутить себя полным идиотом, а затем назначить идиотом самого автора, вместе с переводчиком и издателем (не удосужившихся хотя бы сделать сноску в духе: 1 аптекарский гран = около 65 миллиграмм).

Всех этих сложностей интерпретации вещей для автора похоже нет. А подобная наивность ставит под вопрос, если не сказать, сводит на нет и все его изыскания. Ведь наивность в изучении других эпох - будь она осовремениванием или хождением на поводу у сложившихся стереотипов - одинаково вредна. Она подобна фильтру или приторному дезодоранту, которые просто не позволят вам ощутить истинный аромат культуры прошлого. Но зачем тогда вообще обращаться к этой теме?

Конечно, критическая рецензия самой своей формой акцентирует внимание на проблематичных и спорных аспектах. Но это не значит, что книга плоха или не достойна внимания. Она обращает внимание на очень важную тему, пусть и через призму исторического документа. Более того, Робер Мюшембле делает важный вклад в то, чтобы сделать наши представления глубже и шире в отношении запаха. Ведь, увы, современность все больше уповает на естественные науки, забывая о культурном значении ароматов. Работа «Цивилизация запахов» построена на предпосылке, что обучение определяет наше обоняние, а не врожденные склонности - и это крайне своевременная реплика в дискуссии о том, что же важнее – культура или природа? Если вы придерживаетесь того же взгляда, что и автор - чтение вам будет в целом приятным. Если же вы все-таки уверены, что природа властвует над людьми, то вам будет полезно ознакомиться с альтернативной точкой зрения (в которой есть свои сильные и слабые стороны). Как бы то ни было, тема ароматов и запахов ждет и новых читателей, и новых исследователей.


Читайте также