Юкио Мисима от нас далёк

Юкио Мисима от нас далёк

Виктор Власов

Я писатель, амбициозный и надеющийся на лучшее будущее для своей страны. Я патриот. Мне нужно знать, что моё творчество необходимо, оно – завораживает читателя. А читатель, увлечённый и рассудительный человек, в свою очередь гордится соседством со мной – в тайне радуется, что я пишу во благо родной стране и русского языка, поддерживая искру вдохновения, порой не позволяющую нам пасть духом в тех или иных обстоятельствах. Когда мне предложили почитать романы Юкио Мисимы, я сначала обрадовался, но затем засомневался. Как я, православный христианин, могу читать прозу человека, который романтизировал смерть и был гомосексуалистом? А в итоге он вспорол себе живот в результате неудачного монархического переворота.

Когда я учился на втором курсе института, доктор наук Людмила Константиновна Нифёдова предложила студентам прочитать Сэлинджера «Над пропастью во ржи» и «Золотой храм» Юкио Мисимы.

Тогда я был уже автором повести о средневековой Японии «Красный лотос» и собирался написать роман-продолжение – «Последний рассвет». Видя, что я всерьёз увлечен Японией, Людмила Константиновна предложила познакомиться и с другими произведениями последнего автора – «Моряк, которого разлюбило море», «Исповедь маски», «Жажда любви». Мисима – автор большущего числа романов, похожих один на другой, поэтому всё, что от меня требовалось тогда – понять его философию и… не возвращаться к нему.

Да, Мисиму мне надо было читать ещё тогда – в 21 год. Теперь, в 33, по-моему, поздновато. Сегодня я вернулся к непрочитанным романам Юкио и понял: я повзрослел за последние 10 лет! Что я испытал при чтении классика современной японской литературы? Удивление испытал, отвращение почувствовал, некое разочарование… хотя автор этот крепкий, привлекательный, оригинальный.

Я читал «Моряк, которого разлюбило море» Ю. Мисимы – небольшой бульварный роман, бестселлер в то время в Японии, для домработниц, мечтающих изменить свою жизнь: выйти замуж повыгодней и набраться новых ощущений. Сам Юкио писал в барочном стиле, сложным языком, с использованием архаичных форм, это давало ему некоторое преимущество перед авторами более примитивного склада в разных смыслах. К тому же он рано познакомился с теми, кто рекомендовал его работы в серьёзные издания. С раннего возраста писатель Мисима знал себе цену и добивался поставленных жизненных целей. Пробиться в литературу ему помог состоявшийся и также японский писатель, офицер французского ордена искусств и литературы, лауреат Нобелевской премии по литературе Ясунари Кавабата. В работах Кавабаты, глубоко укоренённых в национальной художественной традиции Японии, большое значение придаётся подтексту, недосказанности и суггестивности. Мисима считал Кавабату своим наставником и высказывал мэтру свою благодарность. На примере дружбы этих двух писателей, начинающего и маститого, ясно, что без общения со старшим поколением коллег не обойтись. Одно дело если вам не хочется общаться с коллегами, которые вас не уважают, скажем. Или – безмерно любят, но ничего не могут предложить.

В трёх прочитанных мной романах Мисимы люди «развалины», «ополоски», «Осадок на дне чашки после неочищенного саке». Вторично из его героев выжать ничего не выйдет, они – одноразовы, как выражается сам автор. Естественно в каждом романе встречается свой набор эпитетов, принадлежащих героям или второстепенным персонажам в целом, но это характеристики, выражающие упадничество и заставляющие вас хандрить. Образы, выведенные в романах, не страдают плоскостью содержания. Чаще герои Мисимы – это люди жизнерадостные и доверчивые, но слабые и с ними случаются непоправимые вещи. Их отравят, покалечат, убьют, сделают инвалидами, в крайнем случае, если они вообще выживут. Ни один из трёх романов не заканчивается жизнеутверждающе, везде происходит худое и погибают люди. Так Юкио Мисима видит свою миссию как писателя – оттенить прекрасное – гибелью, любовь – страданием, победы – потерей смысла бытия. Роскошная описательная проза с тонкими прожилками острого сюжета отдаёт безысходностью, когда дело касается чувств или конечного результата. Герои сходятся, испытывают друг к другу бурю тёплых ощущений, у них планы и мечты, а затем находится родственник или родной ребёнок (уже подросток и злой человек) и – делает так, что один из главных героев погибает. Произведения Мисимы – это потрясающие описания морского пейзажа, островной природы Японии, людей, их чувств, сопровождающиеся рассуждениями автора о том, что это временно и надо думать о смерти.

Умереть нужно правильно и зрелищно, как гласит кодекс самурая и философия национальных религий Страны Восходящего Солнца.

Шестидесятые-семидесятые годы прошлого века, надо сказать, сложное время для Японии. Границы открываются полностью. Пройденная историей американская оккупация, замещение одних ценностей другими, подмена философии жизни. Молодёжные бунты и множественное возникновение бунтарских движений. Герои Мисимы – молодёжь, живущая полной жизнью и попадающая в передряги. Студенческая и школьная молодёжь старающаяся любить вопреки пагубным обстоятельствам. Сама подача любви у Мисимы происходит через вредную призму извращённой реальности, ведущей к смерти. Нет у Мисимы счастливых людей, а если они есть – они страдают из-за обилия проблем, приобретённых в прошлом, благодаря некому вредному влиянию предубеждений, извращённого нрава, философии надиктованной призраками.

Читаю и мысленно перебираю все эти рассуждения, которые роятся, будто вихрь в голове, после прочтения романа.

Видя у меня книгу Ю. Мисимы «Моряк, которого разлюбило море» и потом «Жажда любви», наш историк, отдавший школе добрую часть жизни, не удивляется, слыша о том, что творческий японец совершил ритуальное самоубийство на глазах у коллег и генерала самообороны.

– Это ж японец, Виктор Витальевич, я не удивляюсь, – слегка улыбается Ирина Ивановна. Наш учитель истории человек невероятно начитанный. Шкаф в её кабинете буквально заставлен литературой. – Большинство верующих в Японии причисляют себя к обеим религиям сразу: к синтоизму и к буддизму. Насколько я слышала, современные деятели искусства Страны Восходящего Солнца увлекались ещё неоконфуцианством. Религии в Японии оказывают влияние на все сферы общества, это мы, россияне, в большинстве своём, народ слабо-религиозный. Религия, в действительности, у нас имеет вес меньший, чем во многих других странах, в той же Японии. Сказывается семидесятилетняя атеистическая история нашей страны.

С книгой Юкио Мисимы «Жажда любви» я захожу в кабинет психолога Софии Бариевны, она удивляется, почему я в 33 года начал читать подобную литературу.

– Догоняю университетскую программу – курс всемирной литературы, – оправдываюсь. – Давайте я, София Бариевна, при одиннадцатом моём душевном классе совершу обряд самоубийства? У меня такое в голову не придёт!

– Постулат культуры и традиций, сложившийся веками в Японии, Вить, не позволил этому японцу переступить свои ценности, свой предел! Он рвался к победе, достиг многого и хотел прыгнуть выше головы, я читала о нём. Не получилось. Виной отчасти предубеждения писателя, равнявшегося на кодекс самурая.

Читая Мисиму, несколько его романов, по крайней мере, саднит мысль, что читаешь далёкого от наших российских, родных традиций и веры, писателя-человека, способного внести в неокрепшую душу разброд и шатания.

Веду я, значит, урок, представляете, милые читатели, а десятиклассница поднимает книгу Юкию Мисимы «Исповедь маски» перед собой и спрашивает, что я думаю об этом авторе. Она хорошо знает о моих увлечениях Японией, что я когда-то был знатоком аниме (я и сейчас знаток, но никому не говорите!). Марина предпочитает носить одежду чёрного цвета, красить волосы в тёмные оттенки, глаза оттенять ярко-черными стрелками. Я и раньше замечал, что состояние духа у неё нередко бывает подавленным, настрой частенько меланхоличный, она почти ни с кем не разговаривает, и одноклассники редко к ней обращаются. Радует, что внутренний мир у ребёнка не пуст – занят интересом к искусству, к литературе и современной музыке.

– Что я думаю об этом авторе, Марин? – переспрашиваю я словно себя, не обращая внимания на взгляды ребят, которые оторвались от своих тетрадей и слушают. – Неокрепшей личности не стоит пока читать этого японца. Уж очень он мрачен и безысходен! Не думаю, что он будет вам, от природы жизнелюбивым личностям, близок и понятен. Ясунари Кавабату ещё можно взять, Кобо Абэ тоже, они другие авторы, более светлые и оптимистичные.

После романов Мисимы остаётся терпкий вкус каких-то нескончаемых страданий в мире, терзаешься сомнениями насчёт людей, тёплых взаимоотношений между ними. В своих работах японец не старается воспитать стойкость читателя перед трудностями жизни, закалив его, привести к победе над собой и унылым состоянием духа.

Почему-то приходит мысль, что уныние – один из грехов в христианстве.

Я прочитал два крупных исследования автобиографии писателя Юкио Мисимы: одно принадлежит Николаю Яковлевичу Надеждину «Ничего выше чести», а второе – Кристоферу Россу «Меч Мисимы. По следам легендарного писателя и самурая». Оба не понимают, зачем этот незаурядный писатель, человек со своеобразным внутренним миром, успешный в литературной карьере – убил себя прилюдно? На тот момент господин Мисима был семейным человеком, кстати. Мог бы жить да жить, как его наставник Кавабата-сэнсэй, например. А предпочёл достопочтимый мэтр покинуть жизнь в сорок пять лет. Он занимался в зале бодибилдинга, был физически развит и совершенно здоров. Я видел фотографии Мисимы – мужчина в рассвете сил, мужественного вида и вполне симпатичный внешне. Для чего он предпочел успеху столь печальный конец? Не укладывается в моей голове такая философия жизни! Тем более молодые люди, которые не способны развести некоторые понятия в жизни.

Сегодня модно говорить, что каждый строит свою жизнь сам, сам решает, что и как делать, но кто-то должен объяснить молодым людям собственно смысл этой жизни, показать выход из трудной ситуации, в которые нередко попадают юнцы благодаря неверно выбранной дороге? Кто это сможет сделать? Я считаю, это могут и должны сделать родители, школа, хорошие добрые произведения искусства, пример замечательных сограждан. Тогда закалятся неокрепшие души, научатся видеть истинный смысл жизни.

Юкио Мисима, писатель, чудовищно сильный своей энергетикой, волей и решимостью. Я испытываю противоречивые чувства до сих пор, когда читаю его книги. Велика мировая литература, отражая океан человеческих чувств, выплеснула на гребень волны Мисима, а жизнь поглотила его мир, не позволила реализовать самые его заветные желания. Так и хочется сказать молодым читателям: знакомьтесь с ещё одним великим литератором, но помните, что жизнь у человека одна, поэтому не стоит ею пренебрегать. Вы уйдёте, а мир останется, обеднеет без Вас! Обогащайте же своей жизнью палитру великой мировой цивилизации!

Всё! А то получается как-то, ну очень пафосно!


Читайте также