17 февраля 2017 в 11:58 Литература 60

Высший долг литературы — не выдумка

Патрик Д. Смит Высший долг литературы — не выдумка

Как не растеряться, когда на тебя наваливается распаленный двухметровый детина тяжелой весовой категории с побагровевшим от гнева лицом и, тыча в тебя килограммовым пальцем, заявляет: «Я тебя так приложу, так двину, что мигом отсюда попадешь в вечность».

Первое побуждение, конечно, вырваться и бежать или же хватать первую попавшуюся палку, но и то и другое выглядит как-то странно посреди заполненного людьми книжного магазина, где автор раздает автографы. Поэтому осторожно осведомляешься, чем же заслужил такую честь.

Вы думаете, сцена из романа? Ничего подобного. Именно это и случилось со мной в прошлом месяце во время распродажи моего нового романа «Город ангелов», где рассказывается о том, как некоторые так называемые независимые подрядчики на юге Флориды (и не только там) буквально закабаляют сезонных сельскохозяйственных рабочих. Роман как роман, но основан на фактах реальной жизни.

Что же вызвало негодование этого парня? Он вырос в Южной Флориде и сам перебывал во всех лагерях для сезонников. Он ни разу не видел, чтобы где-то был непорядок, ни разу не видел и не слышал, чтобы с сезонником плохо обошлись, и все такое, что все равно они сплошь лентяи и пьянчуги, а меня надо вымазать дегтем и вывалять в перьях, раз я посмел печатно утверждать, будто в трудовых лагерях что-то не так.

Произведения из жизни

Приведенный эпизод—только часть того печального опыта, когда пишешь прозу, основанную на действительной жизни, а не фантазии. Примерно то же самое было, когда я написал о ненужном, бессмысленном уничтожении природы в «Острове навек». Какой веский материал ни взять для реалистического романа, какие бы веские доводы ни подтверждали твою правоту, обязательно найдутся недовольные.

Зачем же тогда писать такие романы? Почему не пойти легким и безопасным путем, сочиняя немыслимые истории, детективы или горячительный сексуальный «верняк»?

Ответ зависит от того, почему человек вообще берется писать. Есть множество мотивов: деньги, слава, моральное удовлетворение, тяга к творчеству. В их числе может быть и желание писать в духе классической литературы, той, что, к сожалению, выглядит умирающей формой искусства.

Что до меня, то я придерживаюсь старомодного взгляда на искусство слова и назначение писателя. Я рос в небольшом поселке в штате Миссисипи времен кризиса, не было ни телевизоров, ничего такого, и главным развлечением были поля, лес, реки и—книги. Я преклонялся перед писателями и читал взахлеб все, что попадалось под руку,— от дешевых книжек о Дерзких Парнях до Диккенса. Я снова и снова помогал выслеживать Моби Дика, а от рассказов Эдгара Аллана По у меня мурашки по коже бегали.

Я уверовал, что способность писать—дар свыше и распоряжаться им надо подобающим образом, что писатели должны не только развлекать, но и направлять свой талант к тому, чтобы освещать темные стороны жизни и тем просвещать сердца.

Устаревшие, вышедшие из моды понятия? Может быть. Потому-то я и решил писать об униженных, обиженных, обездоленных— о сезонниках и забитых индейцах, о «болотных крысах» на Перл-ривер, о белых и черных бедняках на Юге во времена бурных движений 60-х годов. О таких вещах мало что знают, а надо бы. Ведь это живые люди, а не выдумка, и реальные ситуации.

Боевики

Понимаю, что отношусь к ничтожному меньшинству среди писателей. Большинство тратит талант на создание денежных боевиков, которые я лично расцениваю как хлам и халтуру.

Сквернословие, насилия, непристойности рисуются не для того, чтобы уяснить происходящее в действительности, а только ради того, чтобы шокировать читателя. Множество теперешних романов, основанных будто бы на жизни современного общества, также реальны, как земляника на Марсе. Беда в том, что многие молодые люди принимают напечатанное за чистую правду, начинают верить, что это в порядке вещей, и стараются подражать прочитанному.

И все-таки я надеюсь, что маятник качнулся в обратную сторону, от макулатуры к содержательной литературе. Людям просто надоедает многое—и в книгах, и в кино. Может быть, недалек день, когда писатели снова сделаются тем, чем они призваны быть,— хроникерами человеческого опыта. И тогда молодежь снова будет преклоняться перед ними».

А тот парень, что хотел задать мне жару,—ничего у него не получилось. Он в конце концов удалился, оскорбленный в своих лучших чувствах. А мой следующий роман тоже будет из жизни. Ради того, чтобы разоблачать «города ангелов» в нашем мире, я готов рисковать.

md-eksperiment.org



Ключевые слова: Патрик Д. Смит, Высший долг литературы — не выдумка, Произведения из жизни