18 июня 2017 в 22:59 Литература 454

Интервью с Галиной Талановой

Интервью с Галиной Талановой

Об авторе

Галина ТАЛАНОВА (настоящее имя Галина Борисовна Бочкова) родилась в г. Горьком в семье кораблестроителей (преподавателей вузов). Член Союза писателей России.

В 2017 году в издательстве АСТ вышел ее роман «Бег по краю».

Произведения были переведены на английский, шведский, итальянский, японский, французский, болгарский и венгерский языки (в сборниках).

Лауреат премий «Болдинская осень» (2012), журнала «Север» (2012), премии им. М.Горького (Нижний Новгород, 2016), лауреат международного конкурса им. де Ришелье (Греция, 2016) за романы «Голубой океан» и «Бег по краю», золотой лауреат международного конкурса «Её Величество книга!» (Германия, 2016) и других.

Имеет более 100 литературных публикаций. Стихи и проза публиковались в журналах «Нева», «Юность», «Роман-журнал XXI век», «Север», «Москва», «Аргамак», «Волга. XXI век», «Вертикаль. XXI век», «Природа и человек» и других.

Представляем вашему вниманию интервью с Галиной Талановой. С писательницей общалась В. Гречкова.

Расскажите о своей семье. У Вас удивительная творческая семья

Я родилась в семье кораблестроителей: мои близкие преподавали в вузе и занимались наукой. Мой дедушка, Полканов Л. Д., был профессором, деканом кораблестроительного факультета Горьковского политехнического института. Потом им был организован физико-технический факультет – и он возглавлял уже его. Бабушка и папа тоже работали на корфаке. Папа одно время возглавлял кафедру «Строительной механики корабля». Мама окончила этот же факультет, была папиной студенткой. Около десяти лет она проработала на предприятии оборонного комплекса и конструктором в ЦКБ «Волгобалтсудопроект», но после моего рождения много болела, получила инвалидность – и стала писать стихи. Первая её книга «Движения души» вышла в издательстве «Современник», тогда ещё печатающем стихи большими тиражами и выплачивающими автору гонорар. После этого у неё были выпущены ещё 11 книг стихов. Наверное, из-за того, что в семье занимались наукой — и я выбрала научную стезю, но мамины гены всё равно проявились, как их не подавляли. Это нелегко — совмещать «в одной упряжке коня и трепетную лань»…

Когда приходит вдохновение, чтобы писать? Что для этого требуется?

В первую очередь требуется свободное время – и вдохновение почти всегда приходит, если ты никуда не бежишь, перепрыгивая через ступени… Свободного времени, можно сказать, никогда не бывает, поэтому я почти каждый день после работы, поздно вечером или даже ночью, просмотрев почту и ответив на письма, разместив какую-то новую информацию на сайтах, сажусь за компьютер и пишу куски прозы… Иногда что-то приходит ко мне днём в самый неподходящий момент — и тогда я делаю для себя пометку: написать о том-то. Иногда слышу какой-то текст, но записывать возможности не имею. Вдохновение — дама капризная, поэтому лучше её не дожидаться, она сама придёт, когда захочет, — и всё перевернёт вверх дном, перепутает и перетасует то, что я разложила по полочкам… Вот тогда строчки начинают выплывать из подсознания, будто рыбки на крошки корма из зарослей водорослей, где их очертания можно было только угадывать средь колышущихся теней… И вот уже тянешь из воды тяжёлые сети, набитые серебристой рыбой...

Со стихами ещё сложнее. После работы стихи не идут, так как я пребываю в состоянии «хронического недосыпа». Пишу их или в выходные, или в отпуске. В отпуске стихи появляются почти каждый день, они идут и идут, настойчиво барабанят кулачками в мой мозг, вваливаются, не спросясь, расстилают свои кружевные салфетки, развешивают ажурные подзоры. Достаточно взять в руки тетрадку с чистым листом — и вот уже нанизываешь бисер букв на линейки в тетради — и никогда не знаешь, какой сложится узор, какая рифма зацепит другую — и какую мысль цветной ниткой потянет эта рифма… Я никогда не знаю, о чём я напишу, никогда не придумываю тему. Мои концовки для меня всегда неожиданны — просто стих обрывается и всё. И я понимаю, что дальше надо остановиться. Но я считаю неправильным мнение, что тексты не надо редактировать, поскольку они «надиктованы свыше», как говорят некоторые писатели. Надо. Иногда просто не видишь сразу своих корявых фраз. Стихи должны «вылежаться», их надо забыть — и посмотреть на них промытым в колодезной воде взглядом. Тогда сразу захочется что-то поправить, заменить неловкие эпитеты, банальные строчки, всплывшие на поверхность из подсознания оглушённой рыбиной…

Когда «не пишется», я просто беру чужие хорошие стихи, погружаюсь в них, будто в батискафе на дно океана: в иллюминаторе колышутся смутные строчки образов и боли, — настраиваешься на волну сопереживания, рождается резонансное настроение — и вдохновение приходит. Литература вообще то место, где никогда не чувствуешь себя одиноко…

На Ваш роман много добрых отзывов. Насколько для Вас важны отзывы читателей?

Я, к сожалению, не всегда успеваю их отслеживать: катастрофически не хватает на всё времени. Умные и добрые отзывы — это всегда приятно, особенно, если чувствуешь, что писал человек, попавший с тобой в унисон. Я таким людям всегда очень благодарна. Поэт – существо очень ранимое, хотя мы часто прячемся, будто беззубка — в свою раковину, захлопываем створки души, чтобы ненароком не поранили. Пишешь-то кровью… Когда читаешь отзыв и понимаешь, что твоя книга была пропущена читателем через сердце, то начинаешь думать, что твоё творчество не зря, если оно заставляет вслушиваться в себя и оглядеться по сторонам. Но я хорошо понимаю, что мы живём в очень суетный век, и у серьёзного, глубокого читателя просто зачастую не хватает времени на какие-то там отзывы, даже если книга его потрясла. Говорят, что существует категория читателей, которые иногда отставляют свои отзывы, как собачка, метящая свою территорию: «я здесь был», — и таких читателей чаще всего с заведомым «негативом» в Интернете много. Я с такими, к счастью, почти не сталкивалась, наверное, всё ещё впереди, но постараюсь не обращать на них внимания и не принимать близко к сердцу: тонких и умных читателей, чувствующих стиль слога и готовых думать о смысле и бессмысленности человеческого существования, всегда было меньше, чем читающих ради «проветривая мозгов». Смотрят же взрослые свысока на детские игры…

Расскажите о своем романе и о будущих книгах

Мой роман «Бег по краю», вышедший в конце апреля в издательстве АСТ в серии «Лучшие романы о любви», был уже мной опубликован мизерным подарочным тиражом и получил две премии: премию им. М. Горького (Нижний Новгород, 2016) и международную премию им. де Ришелье – «Платиновый Дюк» (Греция, 2016).

«Бег по краю» Галины Талановой
«Бег по краю» – это роман об одиночестве… Это роман о любви, которая может поднять над землёй на выросших у тебя крыльях, а может и убить, швырнув об острые камни… Это роман-драма: отчуждение повзрослевших детей, потеря близких, глубокая воронка одиночества, подкравшийся возраст, закрывающий сзади глаза ладошками, как в той детской игре: «Угадай кто?» Это роман о несбывшемся, которое сбылось, но разрушилось от дуновения ветров «перестройки» и непогоды в душе…

Роман состоит из осколков воспоминаний, которые блестят, переливаются всеми цветами радуги. То одно вспыхнет яркими красками в памяти, то другое…

Человек слаб и одинок и, в сущности, ему очень часто приходится бежать в жизни по краю, как мыши, случайно запрыгнувшей на круглый стол, когда в комнату вошёл человек: она мечется по кругу, а потом всё равно прыгает. Такой образ есть в романе. Чтобы научиться «выживать», а это коснулось в той или иной мере любого на пустыре «перестроечного периода», зачастую приходилось платить несоизмеримую с иллюзорными приобретениями плату.

Это книга о смерти, о череде внезапных потерь, которые росли, будто снежный ком, покатившийся с горы, когда жизнь состоялась и вошла в колею.

Вспомните философскую притчу Бергмана «Седьмая печать» о жизни и смерти.
В основе сюжета лежит средневековая легенда о Рыцаре, который встречает Смерть и узнаёт, что жизнь его на исходе. Он испрашивает себе короткую отсрочку, желая понять, в чём смысл и оправдание его жизни. Смерть предстаёт там в облике белого клоуна, который разговаривает, играет в шахматы и, в сущности, не таит в себе ничего загадочного... Обычная и совсем не страшная тётка... Рыцарь играет со Смертью в шахматы, пытаясь отыграть себе отсрочку... И когда Смерть приходит за ним, он думает только о том, что жизнь его была — «небытие». А так уходить нельзя. В душе его холод и безразличие к жизни, но он всё ещё хочет познать, обрести её смысл, смысл своего существования и своего предназначения. И отсрочка ему нужна, чтобы обрести тот самый смысл... Но тщетно, Смерть не переиграть.

Наши близкие уходят, но продолжают стоять у нас за спиной и вести нас по натянутой ниточке жизни иногда даже над пропастью… Пока мы живы, пока их голос звучит у нас в ушах, живы и они. Иногда мы вздрагиваем — и оборачиваемся, услышав их голос. Нам кажется, что за плечом у нас стоят наши родные, отбрасывая изломанные тени на стены, и ждут нашего ответа. Мы слышим их советы: не делай этого! И отступаем в растерянности, так и не совершив задуманного поступка. Это бывает как наваждение…

Голоса звучат в ушах, будто музыка, мы иногда даже перестаём слышать за этой музыкой окружающих. Медленно, словно выплываем из тумана сна, возвращаемся в окружающую действительность... Близкие тут же исчезают, тают, как дыхание, оставленное тёплыми губами на ледяном стекле… Но вот снова родной голос неожиданно начинает звучать всё громче, дребезжать, как оконное стекло от прошедшего по улице трамвая, и, слушая этот всё накаляющийся голос, внезапно отступаем, боясь обжечься жарким дыханием…
Моя книга «Бег по краю» — и о том, что наши близкие живы, пока живы мы, а значит надо пытаться жить, даже, если встречный ветер толкает с размаху в грудь — и слёзы наворачиваются на глаза.

Мой роман — о любви. Она у всех героев книги… И не всегда такая, как им хочется... Подхватывает, как река, сбегающая с гор в весеннее снеготаяние… Невесомы и беззаботны отношения, в которые они вступают, как в тёплую, прогретую ласковым солнцем воду. Только река-то не равнинная… Того гляди ударит о камни… Камни, да что там камни… Мимо них, мимо… Она о любви к семье и об огромной любви к своим детям, обернувшейся леденящим душу кошмаром. Она и той случайной любви, о которой потом вспоминаешь всю оставшуюся жизнь, как вспоминают рыжий кленовый лист, уплывший по течению вниз.

В книге нет ни одного целиком заимствованного из жизни героя… Но почти в каждом моём герое и почти каждый из нас найдёт что-то своё: свою тщательно запрятанную от чужих глаз боль; свою любовь; свою яркую, как первомайский шарик радость, который медленно сдувается и уменьшается в размерах; свои непоправимые потери; свою печаль об уходящем сквозь пальцы времени; своё острое одиночество; свой ворох прошлогодних листьев, который мы по весне бросаем в костёр в ожидании, что скоро проклюнется новая ярко-зелёная и шёлковая трава: стоим – и вдыхаем горький дым, напоминающий нам о пепелище…

В конце лета выйдет мой совершенно новый роман, нигде ранее не печатавшийся: «Светлячки на ветру». «Светляк летающий! Ты доберешься до неба самого...» («Исэ-моногатари», «Повести Исэ», X в.) – это эпиграф к роману. Все мы когда-нибудь доберёмся до самого неба… А порой взлетаем под облака на крыльях любви.

Эпиграфы четырёх частей романа – японские хокку о светлячках, передающие философский смысл каждой части. Японцы считали светлячков душами умерших предков. Считалось, что яркое свечение этих насекомых проникает до самого сердца и высвечивает любовное томление.

Образ светлячков, однажды вспыхнувших в ночи, сопровождает героиню на протяжении четырёх частей романа, через который проходит вся её жизнь: это и её неудачные замужества; это и трагедия рождения сына с ослабленным слухом, чувствующего себя светлячком, запутавшимся в густой траве, тщетно посылающим свои сигналы; это и «страшная больница», где лежали обречённые дети, которым предстояло скоро уйти из этого мира — и они это знали; это и первая любовь к мальчику, больному раком крови; это и драма потери своего социального лица в «эпоху перестройки», когда свечение внутри тебя, зажжённое в детстве, становится всё тусклее; это и утрата родителей, под крыльями которых чувствуем себя хоть чуть-чуть защищёнными от ветров жизни; и нелепая потеря сына, и неожиданная болезнь, крепко обхватившая мою героиню своими руками и приближающая её к неминуемому концу.

Да сама героиня в какой-то степени тоже — «Светлячок», взбирающийся вверх по качающейся травинке.

Это роман — не только о страданиях, человеческой боли и стремлении «выкарабкаться» туда, где плещется голубое небо с лёгкими парусниками облаков, но и, конечно же, о любви, врывающейся в жизнь героев, занавешенную тяжёлым, серым одеялом туч, как солнечный лучик или свет светлячков в ночи. Есть в романе и любовь-страсть, что, будто пантера, подкарауливает мужа героини, набрасывается на него — и погибает…

Это роман о том, что самую тёмную полосу можно осветить, впустив в неё свет из нашего прошлого, вспыхивающий светлячками в тёмном лесу нашей жизни, и о том, что ожидание чуда всегда оказывается сильнее, чем само событие, а жизнь короче, чем нам думалось. Ничего нельзя удержать в ладонях… И только любовь и любимые люди, что хотя и ушли без надежды на их возвращение, оставляют внутри нашего сердца светящуюся дугу света.

Это – книга о том, что надо жить так, чтобы оставить в сердце людей свет.

Затем в cерии «Лучшие романы о любви» выйдет мой роман «По морям, по океанам…»

Полоса чёрная, полоса светлая… Свет и тени, обгоняя друг друга, создают свой постоянно меняющийся причудливый узор на стене, о содержании которого можно только догадываться по размытому тёмному отпечатку на шершавой стене комнаты, купающейся в лунном свете, или на занавеске, просвечиваемой изнутри мягким оранжевым светом, просачивающимся сквозь полупрозрачный абажур. Так было раньше. Так бывает и теперь. Только нынче в нашей жизни появились новые стены, на которых мы оставляем свои тени или дыхание, а то и вовсе чёткими правильными буквами пишем послания праздно гуляющим по Голубому Океану Интернета. Бросаем незапечатанные бутылки с электронным папирусом в тайной надежде на то, что кто-нибудь из бороздящих Океан их выловит. Либо тщетно пытаемся по обрывочным фразам и фотографиям прочитать чужую жизнь в поисках родной души. Эта книга – тоже об одиночестве: одиночестве вдвоём, одиночестве в толпе, кидающем нас в дальние заплывы по Голубому Океану. Но возвращенье на грешный берег всегда неизбежно. Это книга о невозможности любить, потому что на любовь просто не хватает сил ― мы изматываемся в погоне за хлебом насущным в своём постоянном стремлении соответствовать образу успешного героя нынешнего времени, приспособившемуся цепкими корнями выживать на любом грунте, безводном и густо обрастающем колючками…

Жить страшно!.. Постоянно сталкиваясь на земле с неразрешимыми проблемами, мы снова ищем защиту в безбрежном пространстве «отзывчивого» и убаюкивающего Океана.

Любите ли Вы путешествовать? Встречаетесь с читателями в других городах?

Да, путешествовать я очень люблю. Но не имею возможности встречаться с читателями в разных городах, так как работаю в научно-производственном объединении, выпускающем диагностические системы для инфекционных заболеваний, от «звонка» и «после звонка», и, к сожалению, как и большинство людей в нашей стране, ограничена не только в свободном времени для поездок, но и в средствах. К счастью, я смогла посмотреть многие города и страны, бывая в командировках. Филиал нашего предприятия находится в Берлине – и я немного поработала там, была с научными докладами на международных симпозиумах и конгрессах в Париже, Копенгагене, Вене, Милане, Франкфурте-на-Майне, Барселоне, Берлине, Венеции. Иногда удаётся часть отпуска потратить на путешествия, а так провожу его на даче: там стихи хорошо пишутся.

Что можете посоветовать читать молодежи?

Читать книги, где видны блуждания души в дебрях тёмного леса, так как они помогают найти в жизни дорогу к свету, и книги, сквозь вязь которых проступает философия о смысле жизни, которые оставляют после себя ожог и заставляют о многом задуматься. Они делают человека сильнее духом… И считаю, что важно не только о чём написана книга, но и как… Поэтому могу рекомендовать читать книги, сочинённые хорошим языком, и развивать свой вкус, чтобы уметь определить такую книгу по одной прочитанной странице; не стоит тратить время на «чтиво»: жизнь коротка и никогда не успеваешь сделать всё то, о чём мечталось в юности. Ещё бы посоветовала стараться понимать стихи, полюбить их, научиться разглаживать поэтический текст внимательным взглядом, будто утюгом, — и уметь прочесть то, что написано «молоком по письму», так как поэзия позволяет увидеть мир по-новому и ощутить другой, тонкий, изысканный вкус жизни.

Спасибо за беседу!

В. Гречкова

© md-eksperiment.org



Ключевые слова: Галина Борисовна Бочкова, Интервью с Галиной Талановой, в издательстве АСТ, вдохновение, чтобы писать