23-02-2020 Вера Инбер 155

О времени, о себе

О времени, о себе

Г. Кондратов

Среди многих десятков книг, в последнее время вышедших в издательствах художественной литературы, особое внимание читателя привлечет сборник статей и воспоминаний Веры Инбер «За много лет».

Это — в некотором роде «неожиданная» книга. Наш читатель хорошо знает Веру Инбер как замечательную поэтессу, обладающую тонким чувством художника, своеобразным и ярким поэтическим голосом.

Книга «За много лет» показала нам Веру Инбер как искусного прозаика, интересного рассказчика. Это, прежде всего, — талантливая книга. На ее страницы занесены события и факты, отражающие дух нашего времени. Все, что в ней написано, — внутренне пережито автором. Незаурядная личность поэтессы, ее писательская судьба, дыхание времени ощущаются в каждой строчке.

Два раздела — «Военные дневники» и «Вдохновение и мастерство» составляют основу сборника. Раздел «Свиток годов» любопытен тем, что в нем читатель найдет проникновенно написанные воспоминания о Н. Островском, А. Толстом, Э. Багрицком, Ю. Олеше, В. Немировиче-Данченко, Ю. Либединском, О. Форш, А. Фадееве.

В последующих двух разделах автор пишет о Руставели и Тагоре, Жюле Верне и Андерсене, Пушкине и Горьком, Ларисе Рейснер и Джоне Риде, М. Пришвине и Д. Кедрине, М. Исаковском и Л. Кассиле. Заключает сборник раздел «Анкета времени» — рецензии.

Вера Инбер ведет большой разговор о мастерстве писателя. Она подчеркивает, что «мастерство — великая нравственная сила», приводит слова Бориса Горбатова, сказанные им в 1949 году на писательском собрании в Иркутске: «Мастерство — это есть умение наиболее выразительно, наиболее эмоционально, наиболее экономно и наиболее благозвучно донести до читателя то, что есть у писателя на душе».

Старое искусство, утверждала Вера Инбер, накопило множество изобразительных средств «для выражения печали», в то время как «оптимизм — малоисследованная область», и пыталась проследить, «хотя бы вскользь, историю радости» в нашей литературе, в частности в поэзии.

«Кому придет в голову сомневаться в том, что наша литература оптимистична? Никому. Наш основной тонус — это радость» — вот вывод, к которому приходит Вера Инбер. В прозаической книге Веры Инбер не опубликованы ее стихи, которые подкрепляли бы эту творческую программу. Я хочу напомнить просто названия таких произведений, как «Неоконченное стихотворение», «Переулок моего имени», «Книга и сердце», «Москва в Норвегии», которые со всей очевидностью показывают, что слово ее не расходилось с делом.

Особенно ценны в книге Веры Инбер портреты видных деятелей литературы, с которыми встречалась на своем пути писательница. Вот А. Н. Толстой: «Настольная лампа освещает крупный, красивый подбородок, четко вылепленный рот. Глаза и лоб в тени.

Почтительным полукругом расположились поодаль кресла, обитые чем-то алым. За штофными шторами студеный зимний вечер 1918 года.

Я слышу характерный голос. Каждое произнесенное слово четко, чисто, сочно, свежо, как ядрышко ореха. Знаки препинания не те, которые на бумаге: они неожиданны, но убедительны чрезвычайно.

Алексей Николаевич Толстой читает только что законченную повесть „День Петра”. Тот самый „день”, который впоследствии развернулся в целую жизнь. В эпопею „Петр Первый”.

Все это я слышу, вижу, все ярко освещено светом памяти». Этот «свет памяти» всегда выхватывает необычное, характерное, и мы воочию видим лицо писателя, слышим его интонации.

С особой любовью Вера Инбер рассказала нам о своем замечательном земляке Эдуарде Багрицком. Человек большого поэтического дарования, Багрицкий прожил всего лишь 39 лет. Последние годы тяжело больной, он безвыходно жил в своей комнате. Но эта маленькая комната была своеобразным культурным центром, сюда приходили поэты, читали стихи. Эдуард Багрицкий сам был великолепным чтецом, умел слушать других и тонко оценить сделанное товарищами.

«Как правило, — пишет Вера Инбер, — вкус Багрицкого был безошибочен, любовь к поэзии — беззаветна. Это-то и притягивало к Эдуарду поэтов всех возрастов... Багрицкий был не только отличным редактором чужих стихов, что в конечном итоге не так уж трудно. Он был таким строгим редактором собственных произведений, что редакторам последующим оставалось мало работы».

Точно подметить и нарисовать портрет человека — искусство сложное. Но Вере Инбер удается несколькими тонкими мазками показать нам М. Пришвина и А. Фадеева именно такими, какими мы привыкли их себе представлять. Писательница ищет точные, выразительные, детали, устремится скупыми изобразительными средствами раскрыть внутренний мир своих героев.

[…]

В книге Веры Инбер значительное место занимают страницы «Из дневников военных лет». Поэтесса в дни блокады находилась в Ленинграде, мужественно переносила все лишения этой страшной и суровой поры. Писательница вела блокадный дневник, откликалась на события дня, выступала в газетах и по радио, перед солдатами и матросами. Ее стихи и публицистика по праву являются важным вкладом в художественную летопись Великой Отечественной войны.

И в этом плане особое место занимает ее поэма «Пулковский меридиан». Приведу некоторые записи из «Дневника», показывающие работу Веры Инбер над «Пулковским меридианом». Вот запись от 20 января 1942 года: «Вечер. „Меридиан” двигается отлично. Даже по ночам не дает спать: требует, чтобы я его писала. Только бы хватило здоровья и сил!..»

«3 февраля 1942 года. Вечером.

Ни разу мне не было так тяжело, как сейчас. Две коптилки выматывают душу»

29 марта 1942 года. Вечер.

«Я очень сильно устала. Я чего боюсь? Не бомбежек, не снарядов, не голода, а душевного изнеможения, предельной усталости...»

«Пулковский меридиан» был написан Верой Инбер в осажденном Ленинграде. В этой поэме — утверждение красоты жизни, света, счастья, вопреки черным силам войны, разрушения, вера в нашу победу, в утверждение мира на Земле. Этот эстетический принцип русской литературы сказался со всей силой в «Пулковском меридиане», как и во многих других произведениях, посвященных Великой Отечественной войне.

Книга «За много лет» — книга прозы, но она помогает глубже понять личность поэтессы, ее творческие интересы и пристрастия. А это немаловажно, потому что речь идет о Вере Инбер, много сделавшей для нашей литературы.

Л-ра: Звезда. – 1965. – № 1. – С. 207-208.

Биография

Произведения

Критика


Читайте также