16-11-2021 Фёдор Эмин 84

Фёдор Эмин. ​Ведомости из ада

Фёдор Эмин. ​Ведомости из ада

(Отрывок)

(ИЮЛЬ)

Из-за реки Косита

Вчерашнего дня переправился через реку Косит {Косит, баснословная река, через которую во ад странствующему должно переправляться.} Его Высокородие г. воевода ** и был в доме господина Харона, интенданта и хранителя всех адских берегов и дорог. Сей вельможа подписал господину воеводе пашпорт, засвидетельствовав, что он, живучи в свете, был добрый человек и что только за ним было всего порока, что во всю жизнь не имел ни совести, ни чести.

Из Ахеронии {*}

{* Ахерониею называется земля, лежащая при берегах реки Ахерона, которая плывет огнем. Кто пожелает получше узнать положение той земли, тот пусть сходит в библиотеку г. Харона. Там найдет обстоятельные всех адских провинций ландкарты.}

От его бесовской светлости Плутона к управителю сея провинции прислан приказ, чтоб почтенным и преподобным отцам езуитам, туда на поселение прибывающим и изо всего света за их езуитские поступки выгоняемым, отводить выгодные места и довольствовать их безденежно всем тем, что ад в себе лучшего имеет. Недавно перевезено через реку Ахерон множество женщин, из ада в сию провинцию посланных, которых повелено выдавать замуж за г. езуитов. Между сими женщинами многих знатных бесов, чертей и прочих разных классов адских жителей находятся дочери, которые будут отдаваться смотря по достоинству человека. Преподобные отцы езуиты в своих книгах написали, что ни один монашеский орден столь много добродетели целомудрия не сохраняет, как они. В рассуждении чего его светлость Плутон велел их удостоить бракосочетанием с дамами во аде первых рангов. Некоторый их Провинциал, яко глава сего ордена будет сочетай браком с дочернею Июды, по сходству их в свете упражнений; ибо и г. езуиты, называясь товарищами христовыми {Заводчик сего ордена Игнатий из Лойолы, назвал оный сими двумя словами: Compania Jesus, т. е. товарищество Христово.}, не раз его продавали своими поступками.

Из присоединенных к аду провинций

Вчера к вечеру прибыл к нам из ада его святейшество Папа***, которого велено держать под крепким присмотром, дабы назад во ад не возвратился; при всем том приказано его содержать великолепно, как того знатность его особы требует. Для делания разных на его стол напитков, привезено из ада несколько тысяч бочек смолы и несколько сот анкорков соку из аконита, {Аконит, трава горчайшая, которой сок всех ядов смертоноснее.} из которого для его святейшества будет сделан преизрядный бишоф. Причина папской ссылки следующая. Как был его святейшество представлен их адским светлостям Плутону и Прозерпине, то после оцелования их светлостей рук, так что у него в ту же минуту губы сгорели, уведомил сих владетелей о своем чине, потом и о могуществе, которое имел на свете, сказав, что он, живучи в Риме, имел власть продавать и царство небесное. Плутон, сие услышав, вздрогнул на своем огненном престоле и с гневом сказал папе: "Когда ты мог продавать царство небесное, то и мое здесь кому-нибудь продать или заложить, либо на аренду отдать отважишься". Опасность, чтоб не утратить своего владения, заставила его адскую светлость Плутона Отослать его святейшество к нам с приказом, дабы его за границу не выпускать.

Из Тартаров, столичного адского города

Две штатс-дамы ея адской светлости Прозерпины вчерашней ночи больно подраться изволили. Ревнивец Астурии, за которым они обе были замужем живучи в свете, на старость рассудил за благо странствовать в наши земли. Коль скоро упомянутые барыни мужа своего увидели, то побежали к нему навстречу; однако прежде, нежели заключили его в свои объятия, схватились за волосы, каждая из них закричав: "Это законный мой муж! Он мне принадлежит". Старик им сказал: "Теперь по здешнему закону я и вы черту принадлежим". Однако они, невзирая на его слова, бились по щекам, не допуская одна другую поцеловаться с мужем. Наконец, волосы, за которые дружка дружку держала, у них остались в руках, и, одна от другой вырвавшись, бросились вдруг целовать своего супруга. Губы у них, как раскаленное железо, были горячи, и все лицо Астуриево сожгли. Тогда он закричал: "Я по смерть только обещал вас любить. Теперь квит изо всего: подите от меня прочь! Любите того черта, который вам угоден; я ревновать вас не стану; провалитесь от меня, делайте, что хотите". Однако, не взирая на Астуриево отрицание, супруги с великой любви, схватя его за волосы, потащили к Плутону, который в награду за Астуриево ревнование приказал ему столько дать во аде жен, сколько султан имеет в серале.

Из Форштата, города Тартаров

Славный откупщик разных напитков прислал сюда своего приказчика, который живет в нашем предместий и хочет все адские горючие вещества откупить, дабы оными всех подданных Плутоновых довольствовать и нажить себе от того великую прибыль. Однако ж ему адское правление в том отказало. Он бы и наших всех приказных людей весом денег перетянул на свою сторону; но та беда, что к нам приходят все голяки и не привозят с собою денег, на которые едва бы и наш адский житель не полакомился.

Продавать во аде нечего; ибо там все голы потому, что свое имение здесь слабым людям оставляя, туда все идут философствовать. И как оттуда никто не выезжает, знать потому, что там жить очень хорошо, то и об отъезжающих в адских ведомостях никаких ведомостей не будет.

АДСКИЕ ВЕДОМОСТИ

(АВГУСТ)

Из-за реки Косита

Переплывшие через реку Косит почтенные отцы езуиты просили господина интенданта Харона о пашпорте для вольного проезду во ад. А когда их спросил господин интендант от строения берегов и дорог, по каким причинам они, оставя свою землю, прибыли в наше государство, то преподобные отцы ответствовали, что нет уже на свете земли, в которой бы им без опасности жить было можно; что во Франции за возмущение народов близки были к виселице, но что бегством от оной избавилися. Что по той же самой причине в Ишпании, во всей Италии, в Туреции, а наконец, и в Индиях были справедливостию гонимы; что те, из которых каждый достоин быть главою всего света, в Англии, в Голландии и в прочих протестантских землях не могли найти достодолжного им почтения, почему вооружили разбойническое судно в Далмации, хотя всему человеческому роду мстить свои неудачи. Но и море, их достоинств не знающее, им было противно и ветхий их корабль с ними вместе поглотить отважилось, так что они были принуждены ехать из света во ад водою. Все сии их достоинства прописать велел его превосходительство господин Харон в пашпорте, и они на сих днях отселе в столичный наш город отправятся.

Сего дня его превосходительство Харон со всеми своими подчиненными судил некоторое не малой важности дело. Через Косит в небольшой лодке на нашу сторону привезли младенца и дали о том знать его превосходительству. Господин Харон велел сего гостя и тех, кои его перевезли, себе представить. Когда спросил перевозчиков, по какой причине сия безмолвная тварь оставила свет и к нам прибыла, не могши иметь потребных к тому достоинств, то ему ответствовали, что мирным подаянием питающаяся мать, когда его родила, повлеклась к попу и просила, чтобы младенца окрестил; но как у нее не было денег больше пяти копеек, то поп сказал, что ему в тот день крестить было недосуг и чтоб принесла его к нему в другое время. Ребенок был весьма болен и в тот же час, как сия бедная шла домой, скончался. И поелику умер без крещения, то мы его сюда привезли. На что перевозчикам сказал г. Харон: "Сюда люди по делам приходят и по делам определяются им места. Но как сия бедная тварь в свете ничего еще сделать не могла, то в нашем государстве места иметь не может". Тогда спросили перевозчики: "Куда же нам его девать, понеже де за рекою, где после смерти никто не приемлется, ему жить не можно, а в Елисейские поля его не примут". Сию речь уважив, г. Харон и посоветовав с своими подчиненными, с общего согласия велел написать определение, чтоб младенца отвезти в реку Неизвестность, которая течет недалеко от Косита. Потом приказал перевозчикам, чтоб и впредь никогда того рода смертных за Косит не перевозили.

Из присоединенных ко аду провинций

По приказу его адской светлости Плутона присланы к нам Шевалье де*** и Аббе де**, которые недавно переменили жизнь светскую в нашу. Оба сии господа были любимцы владетеля, теперь в Азии и в севере огнь войны воспламенившего, и оба скоропостижною смертию скончались. Когда дана им была у его светлости аудиенция, и когда бесовская его светлость, государь наш, их спросить изволил, для чего они неверных с православными поссорили, то они ответствовали, что земля их того терпеть не может, чтоб какое-нибудь государство было их владения счастливее; что сия православная земля так усилилась, что всего севера судьбина от нее зависит; что давно уже правление их употребляет все свое старание, чтоб с часу на час возрастающему сей земли благополучию препятствовать; что часто посылаемы бывают от их владетеля в оную землю разные хитрые их одноземцы; что им приказано разные и почти всегда новые изобретать моды, великолепия и все то, что может служить к дороговизне, праздности, ветрености, непостоянству, роскоши, и от чего слабость народная происшедши, может истребить прежнюю их крепость. Сие услышав, его светлость Плутон сказал сим господам: "Когда вы сию землю возненавидели, то положим, что имеете причину ее счастию препятствовать. Но скажите мне, для чего вы обманываете владетеля сильнейшего в Азии, которому вы теперь тайные союзники?" Я слышал,- продолжал Плутон,- от многих магометанцев, от продолжения нынешней войны убегающих и к нам переселившихся, что по совету вашего правления в столичном их государя городе празднована над неприятелем победа, и по улицам кричали, будто 80 000 неприятельских войск побито и взята от неприятеля великая, дань, а в самом деле неприятель всегда побеждает его войско. Скажите мне, какая такой несправедливой выдумки причина?" На что отвечал Аббе де**: "Политика наша состоит в том, чтоб далеко впредь видеть, а лукавство полезно, чтоб всегда у нас было в запасе. Может статься,- продолжал Аббе де**,- что обе сии стороны скоро помирятся; тогда труды наши пропали бы даром, и земля нами возненавиденная нашей бы политике смеялась. Известно вашей адской светлости,- продолжал Аббе де**,- что нынешний султан, имея шесть лет отроду, был заключен в темницу, как того требовала турецкого верховного начальничества жестокая политика, а взошел на престол, имея лет под 6012, не зная и не могши знать ничего в свете. Следовательно, такого государя легко ко всему привести можно; и когда мы уверили сего владетеля теперь с упомянутою землею воюющего, что он с нее уже получил дань, то можем и впредь его к воеванию с оною землею легко подвигнуть, когда того польза и обстоятельства нашей политики потребуют. Но ежели бы сей в Азии сильный владетель знал правду сущую, то не скоро бы с таким неприятелем воевать отважился, да и нас бы не возлюбил за то, что мы ему посоветовали воевать противу сильнейшего ныне в Европе народа". Тогда сказал Плутон: "Как же вас везде почитают в Европе, зная вашу такую хитрость?" - "Почти большая часть министров европейских государей,- отвечал Шевалье де**,- нашим духом заражены. Везде почти наши одноземцы воспитывают и учат детей, а часто и жен первых рангов вельмож. Уклонность, с хитростию смешенная, доставляет им великую дружбу у многих, и от их проворства баланс часто в других государствах переменяется, а нашему из того бывает выгода; ибо часто выходит, что хотя какой-нибудь владетель и приметит нашу ему вредную хитрость, однако такими до оного дела касающимися его забросают околичностями, что он до тех пор настоящего дела видеть не соберется, доколе оно уже не кончится. Теперь вечная почти нашей земле соперница А... может статься и узнала, что лучше им было защитить остров К. присланием помощи генералу П. Однако пока надумалась, то дело уже все сделано. И теперь во время их с нами впредь войны в Средиземном море, мы, имея сей остров, великие там неприятелю можем делать беспокойства". Его адская светлость Плутон, опасаясь, чтоб сии хитрые люди и в его владении своей политики не распространили, приказал отослать их к нам.

АДСКИЕ ВЕДОМОСТИ

(СЕНТЯБРЬ)

Из-за реки Косита

Вчера после полуночи, когда все уже петухи отпели, прибыл к нам Его превосходительства Харона ординарец, который был послан в свет к господину, славному во всем вертопрашном свете сочинителю, для провожания сего автора в наше государство. Его превосходительство хотел было наказать жестоко сего провожатого за то, что он к нам прибыл один, без упомянутого г. сочинителя. Но провожатый г. Харону сказал, что дела и некоторые сего автора сочинения могут и без него ему быть изрядными провожатыми, которые прямо его проведут во ад; что ему наскучило толь долгое время ждать сего славного писателя, который с двадцать уже раз его и весь свет своим умиранием обманывал. Тогда г. Харон сему бесу приказал изъяснить вкратце все достоинства сего славного Автора, и он так начал свою речь: "Ежели Ваше превосходительство хотите знать о его совести и чести, то я, яко нелюбопытный бес, ни одной, ни другой в нем не приметил. Извольте, Ваше превосходительство, спросить всех его граждан, из которых многие уже к нам переселились; прочтите Американского Шпиона, многие его дела описавшего, а в сочинении его сыщете, что за такие дела, которые многие малодушные и мелкие писатели пером своим прославляют потому, что произошли от сего славного мужа, многие люди посредством некоторого механического инструмента подобного букве П, к нам переселились. Нет почти ни одного такого сочинения, говорят многие, которое бы он вдруг двоим или троим переплетчикам не продал, обязавшися каждому из них совестию и честию не продавать оного никому, кроме одного. Едва шил ли на него такой портной платье, которому бы он не отослал оное назад, сказав, что оно сшито весьма худо, и который бы, бояся его привязок, не уступил ему оное гораздо дешевле договорной цены. Нет почти государя, ни государства, которое бы он не оклеветал пером своим, если ему никакого подарка не прислало, и которое бы за деньги похвалами до небес не возвысил. Все законы ругает, все обыкновения осмеивает, все сочинения, кроме своих, бранит и во всех науках и художествах, в ученейших и искуснейших людях великих находит недостатки; хотя всему ученому свету известно, что он в одних только словесных науках с великим успехом, но и с немалою порчею молодых людей прославился; а о других науках едва может иметь понятие. При всем том о Невтоне, Картезие, Кларке, Лейбнице, Локке, Баконе, о докторе Виллесе, а особливо об аттракции и геометрии Невтоновой так громко и дурно кричит, как выучивший несколько бранливых слов попугай, который бранит, сам не знает кого. Правду ли сие о нем говорят, то, Ваше превосходительство, прочетши все его сатиры и узнав все его дела, сами рассудить извольте, а я только скажу, что в нынешнем веке никто в писании вздоров приятнее его изъясняться не может. В таком роде писания имеет он остроумие чрезвычайное, мысли летучие, разум проницательный и охоту к писанию несравненную. Знает свет и оному угождает; почему поставляют его в великих в учености людях. Ныне он так славен в свете, что лишь только кто начнет обучаться азбуке, то уже сему сочинителю пишет похвалы. Но сие его счастие по большей части происходит оттого, что теперь свет обыкновенно любит безделицы, острые словца, нежные речи и забавные шутки, коими он многих довольствовать умеет. Важный и постоянный Сократ с добродетельным и разумным Цицероном теперь почитаются людьми, писавшими без вкуса, грубыми и великими педантами; а великий муж - господин. Описывать важные материи важным и от истины нимало не удаляющимся слогом давно не в моде, а в великом употреблении ложь представлять правдою, воздыхать без причины и выдумывать слезы. К чему теперь годятся Платона и Сенеки не правдоподобием, но святою истиною наполненные нравоучения, тем, кои имеют счастие читать Пусель д'Орлеан, Ле Компер Матиа, Кандида и прочие сим подобные книги, что в Ксенофонтовых изданиях и в оных переводе? Автор, говорят разумные по моде, старого завета, пишет правду так смело, как лес ломает, да и то по старому обыкновению топором, а не пилою, которой зубцы иногда останавливаются. Переводчик прилежен, упрям, от автора нимало не удаляющийся. Благородных же мыслей переводчику должно быть вольному и часто для прохлаждения мысли в разные стороны прогуливаться; смеются те же умники всем переводам Т., столько весьма полезных книг переведшего, сколько критики его не имеют от роду лет. Иной трехденежныи свои листок всем его трудам предпочитает и делает лекарство, маково действие имеющее. Все почти кричат: "виват! хорошее"; а о полезном и слова нет. Везде ныне больше смотрят на Флигильмана, оружием так, как ребенок яблоком, играть умеющего, нежели на солдата, дело свое исправно знающего. "Дела упомянутого автора,- сказал, наконец, ординарец,- при котором я долгое время был, и всех его последователей, до тех пор будут в свете в великой славе, доколе люди, позабыв о безделицах, единственно в нужных для общества и для сохранения добродетели делах упражняться не станут. Чего однако ж вряд и нашему роду дождаться". Сию ординарца своего речь Его превосходительство г. Харон, почетши несколько за справедливую, простил его в том, что без отчивной грамоты во ад возвратился.

Биография

Произведения

Критика


Читайте также