Мир творит человек

Мир творит человек

Дм. Иванов

Третью книгу романа Виталия Закруткина «Сотворение мира» давно ждал читатель. Первая книга была впервые опубликована в 1955-1956 годах, вторая — в 1967-м. Теперь, как мы видим, писатель делает еще один шаг в осуществлении своего большого замысла. Впереди — новые книги романа...

«Сотворение мира» — это масштабное, широко развернутое повествование о целой эпохе в жизни нашей страны, о главнейших вехах драматической истории современности.

Когда читаешь все три книги одну за другой, особенно остро чувствуешь — и принимаешь как доброе качество романа — его всеобъемлющую информативность. Кажется, нет действительно ни одного заметного события в истории 20-40-х годов нашего века, на которое бы не обратил внимание писатель, которое бы не пропустил через свое сердце и разум. В романе мы встречаем публицистические отступления в начале глав и главок, детальные описания быта и нравов разных социальных слоев общества, экскурсы в историю отношений стран Европы.

Сила романа «Сотворение мира», думается, состоит прежде всего в том, что, создавая огромное по масштабам повествовательное полотно, изображая исторические события, он убедительно показывает, что в конечном счете историю творят люди, народные массы. Представителями народа чувствуют себя основные герои эпопеи. Известные события не выглядят в романе лишь фоном для изображения характеров — нет, именно участие героев в этих событиях является основной сферой проявления черт их натуры, становления их личности. Это прежде всего относится к таким персонажам романа, как Долотов, Илья Длугач, Александр, Андрей и Роман Ставровы, Максим Селищев и Петр Бармин.

Третья книга романа отличается от предыдущих большей сосредоточенностью, «упорядоченностью» действия. И вот это, думается, дало возможность автору, глубже заглянуть во внутренний мир героев, более обстоятельно показать закономерности их поведения в тех или иных ситуациях.

Внешне эта отмеченная нами особенность третьей книги не сразу бросается в глаза. Автор все так же неторопливо, обстоятельно, с подробностями и деталями, ведет рассказ. Все так же видно его стремление к повышенной информативности повествования, внимание к большим историческим событиям. И все же, когда анализируешь книгу, размышляешь о судьбах героев, понимаешь, что изменился ритм, изменилась динамика действия: ход повествования романа-хроники чаще подчинен не событиям как таковым, а потребности углубиться во внутренний мир героев, участников борьбы за сотворение нового, лучшего мира.

Новых лиц, если не считать эпизодических, в этой книге почти нет. В. Закруткин не стремится к большей населенности произведения, чем это было раньше. Он видит свою задачу в том, чтобы проследить судьбы основных героев в новых исторических условиях, показать, как они пережили неожиданные и крутые повороты в жизни страны и мира, что с ними стало и какими они стали.

При этом в третьей книге несколько смещен акцент авторского внимания к разным персонажам. Иные из тех, кто прежде был в центре повествования, теперь как бы затеняются, отодвигаются на задний план, другие же становятся основными объектами авторского исследования. По-прежнему в центре внимания автора семья Ставровых. Но если раньше здесь главными персонажами выступали Александр и Дмитрий, то теперь на первый план выдвинулись Андрей и Роман — сыновья Дмитрия Даниловича.

Полнее, убедительнее выглядит образ Андрея Ставрова. Раньше многое мы воспринимали в нем с внешней стороны, сравнительно мало было внутреннего обоснования его поступков. Теперь писатель предоставляет нам возможность глубже познакомиться с этим человеком, стремится показать Андрея личностью незаурядной, увлеченной творчеством, общественно активной. Андрей, как мы видим, стал более трезво смотреть на жизнь, многое в ней оценил по-новому, познал ее сложности. Именно этим объясняется изменение характера его взаимоотношений с женой — Елей Солодовой. Он понимает, что его любовь к Еле не находит отклика в ее душе, что жена не любит его... Это особенно отчетливо проявляется в выразительно написанной сцене их последней встречи, когда между супругами намечается прямой разрыв.

Андрей увлечен заботой, он выращивает большой новый сад в совхозе, он учится быть добрее, душевнее к людям» А Елена привыкла смотреть на него как на своего раба, нисколько не считаясь с его духовными запросами, общественными устремлениями. И постепенно назревает драма в душе Андрея, проходит ослепление красотой Елены, наступает горькое разочарование.

Думаю, что Андрей, каким он встает со страниц третьей книги романа, не оставит читателя равнодушным.

Очень интересно поведано в произведении и о Романе Ставрове. Ничем, казалось бы, не примечательный мальчишка из деревни Огнищанки, Роман проделал большой путь: окончил военное училище в Ленинграде, вместе с командиром этого училища Ермаковым отправился в Испанию, с оружием в руках боролся против фашизма, был ранен и контужен в боях за Мадрид. Там, в жестоких боях, он встретил свою любовь. Дочь революционера-подпольщика из Западной Украины, эмигрировавшего в Мексику, Леся Лелик вместе с отцом прибыла в Испанию, чтобы сражаться в Интернациональной бригаде. Она была переводчицей: хорошо знала испанский язык, свободно владела русским. Романо Гарсиа Росос (Роман Ставров) и Мадалена (Леся Лелик) рука об руку прошли через все бои на испанской земле, полюбили друг друга, стали мужем и женой.

Участие в испанских событиях, перенесенные испытания и трудности, горечь поражения республиканцев — все это закалило Романа, развило чувство ответственности за то, что происходит в мире.

Знакомство с Романом Ставро-вым на страницах третьей книги состоялось для читателя как бы заново. С волнением следим мы за его судьбой, симпатизируем ему, как бы познаем через него душу тех, кто был рядовым участником исторических битв с фашизмом на земле Испании. Ведь в этих боях проверялись сила, выдержка, воля, закалялись характеры людей для будущих решающих схваток с коричневой чумой.

Хорошо выписана В. Закруткиным сюжетная линия, связанная с одиссеей Максима Селищева и Петра Бармина. И в первых книгах Максим Селищев представал перед читателем человеком честным, против воли оказавшимся в стане злобных врагов народа, страдающим от унижений, несправедливости, от бессилия переменить свою жизнь. Испанские события явились для него как бы сигналом к действию. Вопреки стремлениям белогвардейца Гурия Крайнова затащить Максима в лагерь Франко, Селищев твердо решает встать на сторону республиканской Испании. Он понимает, что это единственный путь заслужить прощение Родины, открыть себе надежду на возвращение в Россию, по которой он истосковался, в которую стремится всей душой.

Эволюция в мироощущении и миропонимании Селищева длилась годами, понимание неправоты «белого дела», враждебности контрреволюционной эмиграции коренным интересам русского народа приходило к нему постепенно. Писатель убедительно показывает этот сложный процесс. Показывает, что трудная судьба Максима Селищева, пережитые им испытания, которые не раз приводили его на край катастрофы, все-таки не смогли вытравить в нем лучшие человеческие качества: доброту, сострадание к людям, любовь к Родине.

В третьей книге Максим Селищев, не без колебаний, правда, берет на себя (вместе с Петром Барминым) труднейшую миссию — пробраться в стан франкистов в качестве разведчика. Не раз приходится ему переходить линию фронта и доставлять ценные сведения о противнике советскому полковнику Ермакову. Оба раненные, Максим и Бармин попадают на корабль, отплывающий к берегам России. Но и дальше злоключения их не сразу кончаются. Для следователя один из них остается белогвардейцем, а другой — князем. Доказать, что воевали против фашизма, они ничем не могут: погиб Ермаков. Истина выясняется, когда удается связаться с советским разведчиком Тодором Цоловым, посылавшим их обоих в Испанию, да с Романом Ставровым, встречавшим этих незнакомых ему людей у полковника Ермакова. Дело Селищева и Бармина пересматривается, и они обретают наконец Родину.

Я уже говорил о «переакцентировке» внимания к персонажам, происшедшей в новой книге. Это естественное явление, результат развивающегося авторского замысла. Однако нельзя не пожалеть, что оказались в тени некоторые из персонажей, которые полюбились читателю. Особенно это касается Дмитрия Даниловича Ставрова и Ильи Длугача. И «потускнение» образов этих людей не слишком оправдано. По-видимому, дело тут в том, что у автора не хватило запаса наблюдений для дальнейшего развертывания характеров героев. Они показаны теперь преимущественно во второстепенных проявлениях. Причем в Длугаче чувствуется даже известное благодушие, склонность к резонерству, что так не свойственно этому герою, всегда находившемуся в центре борьбы против сил старого мира (вспоминаются отличные, исполненные драматизма сцены, изображавшие трудности коллективизации в Огнищанке, участие в этом Длугача). В третьей книге Илья Длугач как-то мало похож на того, каким его полюбил читатель,— активного, живущего общественными заботами человека.

Вероятно, произошло это также в значительной мере потому, что дела Огнищанки, взаимоотношения людей в этой деревне в новой книге сравнительно меньше волнуют автора. Действие в основном происходит в станице Дятловской, где работает Андрей Ставров, в городе, где живет семья Солодовых, в Испании. Все это оправдано развитием сюжетных линий, но все-таки жаль, что писатель забывает Огнищанку, из которой, собственно, и пошло «изначальное» движение романа.

Хочется указать на один, по-моему, существенный недостаток, который, может быть, автор постарается как-то поправить в последующей работе. Я имею в виду малую выразительность женских образов романа. «Женское население» в повествовании В. Закруткина довольно обильно, но, к сожалению, в романе нет активных участниц той борьбы со старым миром, которая развертывается на его страницах и составляет главное его содержание. Мы знаем, что Елена Солодова красавица, да и в уме ей не откажешь. Но она, как мы уже говорили, в общественных делах аморфна. Здесь, правда, ничего не скажешь — таков замысел автора. Но вот другая сноха Ставровых, Леся, кажется, могла бы играть самостоятельную роль в романе. Однако она заслоняется фигурой Романа, всегда выступает на втором плане. Интересно намечен в третьей книге образ юной Наташи Татариновой, но он еще не развернут по-настоящему, Наташа пока не привлекла к себе той степени внимания автора, какой она, судя по всему, может заслуживать.

Кажутся неубедительными иные мотивировки поступков героев. Так, думается, автору не удалось достаточно мотивировать скоропалительный переезд семьи Ставровых на Дальний Восток, хотя он и пытается это сделать.

[…]

Третья книга эпопеи «Сотворение мира» в целом, несмотря на ряд слабостей, читается с интересом. Виталию Закруткину удается передать большое дыхание жизни, атмосферу трудного и героического времени довоенных пятилеток, убедительно показать всю сложность обстановки в мире в канун Второй мировой войны.

Л-ра: Литературное обозрение. – 1976. – № 4. – С. 33-35.

Биография

Произведения

Критика


Читати також