Перевод культурноспецифичных интертекстуальных включений: телео-аксиологический подход (на материале романов Терри Пратчетта)

Терри Пратчетт. Критика. Перевод культурноспецифичных интертекстуальных включений: телео-аксиологический подход (на материале романов Терри Пратчетта)

УДК 49
ББК Ш 143.21

М. В. Игнатович г. Москва, Россия

Статья посвящена проблеме перевода культурноспецифичных интертекстуаль­ных включений в романах Терри Пратчетта. В работе выделяются основные пара­метры интертекстуальных включений, которые необходимы на стадии анализа для составления интертекстуального портрета произведения, а на стадии синтеза - для поиска подходящего способа перевода. В ходе исследования было установлено, что при переводе культурноспецифичных интертекстуализмов необходимо сохранить телео-аксиологические параметры, чтобы добиться репрезентативности перевода.

Ключевые слова: интертекстуальность, телео-аксиологические параметры, репрезентативность.

M. V. Ignatovich Moscow, Russia

Translation of the Culture Specific Intertextual Elements: Teleo-Axiological Approach (Terry Pratchett's Novels by the Example)

The article is devoted to the problem of the translation of the culture specific intertex­tual elements in Terry Pratchett's novels. The author of the article singles out the main parameters of the intertextual elements. These parameters are necessary at the stage of the analysis to make up an intertextual picture of a novel, and at the stage of the synthesis to find an appropriate way of the translation. It is important to preserve teleological and axi­ological parameters of the intertextual elements to make the translation representative.

Keywords: intertextuality, teleological and axiological parameters, representative translation.

Цикл романов о Плоском мире задумы­вался Терри Пратчеттом как пародия на жанр фэнтези. Пародия прослеживается во внешнем облике персонажей, их именах, действиях, в пейзажах. По мере развития сюжета о Плоском мире пародированию подвергаются не только произведения жан­ра фэнтези, но и реальный мир в целом: и его культурное достояние, и недостатки современного общества. Фантазийная все­ленная Пратчетта, таким образом, перерастает в человеческую комедию. Писатель характеризует Плоский мир как мир сам по себе и как отражение других миров. За выдуманными персонажами и события­ми представлены реальные люди, а также события, которые происходили на самом деле. Следовательно, чтобы правильно по­нять смысл романов о Плоском мире, необ­ходимо учитывать их интертекстуальный характер[I]. Любое художественное произве­дение, по мнению Ю. Лотмана, представ­ляет собой многослойный и семиотически неоднородный текст, который способен вступать в сложные отношения с культур­ным контекстом, а также с читательской ау­диторией [3, с. 68]. Интертекстуальное про­изведение представляет собой новый этап в усложнении структуры текста, т. к., по­мимо основных характеристик, присущих художественному произведению, для него характерны многообразные связи с протос­ловом (прототекстом), узнавание которого способствует правильной интерпретации произведения.

Романы Терри Пратчетта пользуются большой популярностью во всем мире. Его произведения привлекают внимание чита­телей своеобразием сюжета, неповторимым стилем и оригинальным использованием аллюзий и игрой слов. Чтение романов о Плоском мире требует от читателя учёта связей с протословом, а также достаточных фоновых знаний, чтобы адекватно интер­претировать имплицитную информацию.

Особое место в романах Терри Пратчет­та занимают культурно-специфичные интертекстуальные включения, которые лег­ко опознаются носителями англоязычной культуры, но представляют проблемы для неанглоязычного мира. Данные элементы могут усложнять работу переводчика. Их распознавание связано с объёмом нацио­нальных фоновых знаний исходной куль­туры, которые включают в себя всю сово­купность сведений культурного, историче­ского, географического и прагматического характера. Недостаток фоновых знаний мо­жет стать препятствием в адекватной пере­даче интертекстуализмов на другой язык.

В переводческой деятельности можно выделить два этапа:

  1. Анализ.
  2. Синтез.

В ходе анализа переводчик стремится как можно глубже понять оригинальный текст, осознать его эстетическую ценность и ха­рактер воздействия на читателя. Качествен­ный перевод зависит от рационального и эмоционально-оценочного восприятия про­изведения [1, с. 15]. Для переводчика важно достичь такого уровня знаний и эстетиче­ской восприимчивости, который позволял бы воспринимать весь объём представлен­ного в тексте смыслового и эмоционального содержания. В ходе перевода интертексту­ального произведения переводчику необхо­димо глубоко осмыслить каждое интертек­стуальное включение, поскольку их ком­муникативная нагрузка является значимой и именно интертекстуализмы формируют смысл произведения. В процессе анализа переводчику необходимо учитывать пара­метры интертекстуальных включений, ко­торые способствуют их верной интерпрета­ции в оригинальном тексте. Наиболее важ­ными оказываются следующие параметры:

1. Содержание. При анализе содержания учитывается как семантический уровень, на котором анализируются единицы языка в их прямом значении, так и метасемиотический уровень, на котором изучаются языко­вые элементы в художественном контексте.

Например:

A rock on the head may be quite sentimental <...>, but diamonds are a girl's best friend [7, p. 151].

Фраза «diamonds are a girl's best friend» является цитатой из кинофильма «Джентльмены предпочитают блондинок» (1953), в котором обворожительная Мери­лин Монро исполняла песню с одноимён­ным названием. Т. Пратчетт ввёл данную цитату, чтобы показать сходство судеб двух героинь разных произведений. Данная ци­тата функционирует на семантическом уровне, на котором языковые единицы ис­пользуются в прямом значении.

Понимание и интерпретация художе­ственного произведения не всегда сводятся только лишь к анализу языковых единиц на семантическом уровне, т. к. далеко не все интертекстуальные включения функ­ционируют в их прямом значении.

Чаще всего интертекстуальные элемен­ты, функционирующие на метасемиотическом уровне, стилистически окрашены с целью придания тексту большей вырази­тельности, а в некоторых случаях - созда­ния игрового момента, например:

“Careful”, said the Dean. “This is not dead which can eternal lie” [7, p. 305].

Фраза “This is not dead which can eternal lie” является цитатой из песни «The Thing that Should Not Be» американской метал- группы Металлика (Metallica), написанной по рассказу Г. Ф. Лавкрафта «Зов Ктулху».

В песне идёт речь о спящем древнем де­моне, который смотрит со дна моря, о его пробуждении и воцарении хаоса.

Кроме того, данная фраза также явля­ется аллюзией на вымышленную книгу «Некрономикон», которая упоминается во многих произведениях Г. Ф. Лавкрафта. Книга «Некрономикон» содержала в себе имена древних демонов, их описание и способы их призывания.

В романе Т. Пратчетта «Движущиеся кар­тинки» также идёт речь о древнем монстре, который пробудился после долгого сна и наводил на город ужас. Только в отличие от демона Лавкрафта, описание которого вну­шает страх читателям, монстр Пратчетта - гигантская женщина, сошедшая с экрана кинотеатра. Таким образом, для того, что­бы правильно понять смысл, заложенный в данном интертекстуальном включении, не­достаточно проанализировать его языковые единицы на семантическом уровне, необхо­димо провести его анализ на метасемиоти- ческом уровне, который позволит адекват­но интерпретировать интенцию автора.

2. Телеология, включающая в себя ана¬лиз интенции автора при введении интертекстуализмов в ткань произведения.

Рассмотрим следующий пример:

- How does the monster Tshup Aklathep, Infernal Star Toad with A Million Young, torture its victims to death?

- It <...> holds them down and shows them pictures of its children until their brains implode [7, p. 34].

Данная фраза является аллюзией на бо­жество Шуб-Ниггурат (Shub-Niggurath), который также известен как «Чёрный козёл лесов с тысячью младых». Шуб-Ниггурат - персонаж мифического пантеона, выду­манного Г. Ф. Лавкрафтом. Данное боже­ство представляет собой туманную массу со множеством длинных чёрных щупалец и козлиными ногами. За ним повсюду сле­дует множество порождённых им безобраз­ных существ, которых он из себя извергает, а потом снова пожирает.

Терри Пратчетт вводит персонаж Шуб-Аклатеп с целью создания комического эффекта. Шуб-Аклатеп - пародия на Шуб-Ниггурат Г. Ф. Лавкрафта. Несмотря на то, что произведения данного писателя относятся к жанру ужасов, основной це­лью которых было навеять страх на чита­телей, практически все монстры и демоны Г. Ф. Лавкрафта представляются нелепыми и уродливыми существами, которые вызы­вают скорее насмешку, чем страх и трепет.

3. Аксиология, включающая в себя ана¬лиз прагматики и ассоциативных связей интертекстуальных включений.

Рассмотрим следующий пример:

«Nanny ... also kept a cat, a huge one-eyed tom called Greebo» (выделеномной - M. И.) [9, p. 50].

Слово «greebo» было весьма распростра­нённым в начале 70-х гг. XX в. и связыва­лось с байкерским движением «Ангелы Ада» («Hell's Angels»). Словом «greebo» на­зывали человека небрежного вида с длин­ными волосами, одетого в кожу, который хотел бы примкнуть к Ангелам Ада, но из-за недостатка стиля не мог этого сде­лать. Нянюшка в романе «Вещие сестрич­ки» впоследствии превращает своего кота в мужчину, чтобы он помог ей в одном деле. Внешнее описание перевоплощённого Грибо совпадает с образом американских представителей Greebo.

На этапе анализа рассмотренные выше параметры необходимы для составления интертекстуального портрета художе­ственного произведения, чтобы правиль­но определить интенции автора, а также функции и ассоциативные связи интертек­стуальных включений в произведении.

На этапе синтеза, когда смысл интертек­стуального включения воспринят, происхо­дит переход к процессу перевода, т. е. к вос­созданию воспринятого высказывания на языке перевода. Восприняв семантическую и эмоционально-экспрессивную информа­цию, заключённую в подлежащем переводу интертекстуальном включении, перевод­чик воссоздаёт эту информацию на языке перевода. На данной стадии переводчик ре­шает, с помощью каких переводческих при­ёмов он может передать интертекстуальное включение в тексте перевода, чтобы ми­нимизировать смысловые потери [1, с. 16]. Репрезентируя оригинальное интертексту­альное включение, переводчик так же, как и на стадии анализа, должен учитывать параметры интертекстуального включения оригинального произведения. Однако на стадии синтеза объём параметров увеличи­вается. Содержательные и телеологические параметры остаются неизменными, но ак­сиологические параметры на стадии синте­за включают в себя анализ не только праг­матики и ассоциативных связей, но и куль­турного своеобразия и коммуникативной нагрузки интертекстуализмов. Поскольку большинство интертекстуальных включе­ний в романах Терри Пратчетта являются конституционной единицей произведений, то их опущение или искажение при перево­де может привести к появлению иного, чем в оригинале, смысла и коннотаций.

Следовательно, для качественной пере­дачи культурно-специфичных интертексту­альных включений переводчику необходимо учитывать как функцию интертекстуализма, так и его коммуникативную нагрузку. В од­них ситуациях переводчику необходимо экс­плицировать интертекстуальное включение, в других - можно обойтись без него, если ком­муникативная нагрузка интертекстульного включения является малозначимой. Кроме того, при порождении текста переводчику необходимо передать особенности оригина­ла и в то же время учесть, что перевод должен быть адекватным новой коммуникативной ситуации, которая возникает в принимаю­щей культуре. Сохранение содержания на семантическом уровне и тем более формы культурно-специфичных интертекстуаль­ных включений не всегда возможно: пере­водчику приходится переводить не только с языка на язык, но и из культуры в культуру. Даже если какое-то высказывание хорошо из­вестно и популярно в одной национальной традиции, это вовсе не означает, что в пере­воде на другой язык оно будет иметь тот же смысл для носителей иной культуры.

Рассмотрим следующий пример:

- “Without A Shirt”, said Glod.

- “What?“, said Imp.

- “It's just a bit of musical nonsense”, said Glod “Like Shave and a haircut, two pence“ (выделено мной - M. И.) [8, p. 47].

- Без Майки, - сказал Глод.

- Что? — спросил Имп.

- Просто маленькая музыкальная бессмыслица, — сказал Глод. — Как «Стрижка и бритьё, два пенса (выделено мной - М. И.) [4, с. 20].

«Shave and a Haircut, two bits» - класси­ческая рок-н-ролльная рифма.

Данный пример является аллюзией на фильм «Кто подставил кролика Роджера». Любой мультяшка в фильме не мог сопро­тивляться, услышав данную фразу. При произнесении половины фразы - Shave and a Haircut - мультяшка, находившийся поблизости, откликался, завершая фра­зу - Two bits. Именно таким образом судья выманивал кролика Роджера из убежища, чтобы казнить его.

В рассмотренном выше примере пред­ставлена похожая ситуация. Музыке, кото­рую исполняли музыканты рок-группы, не мог сопротивляться ни один из обитателей Плоского мира.

Дословно-семантическое воспроизведе­ние фразы привело к нейтрализации ко­мического эффекта, а также искажениям на метасемиотическом уровне, что не от­вечает основным критериям репрезента­тивности [6, с. 134]. На наш взгляд, также при переводе фрагмента песни необходи­мо принять во внимание и тот факт, что, несмотря на популярность фильма «Кто подставил кролика Роджера» в России, из-за недостатка фоновых знаний немногие читатели перевода смогли бы распознать цитату «Shave and a haircut. Two bits».

При переводе интертекстуального произведения переводчику также не­обходимо принимать во внимание, что культурно-специфичный контекст ориги­нала не должен превращаться в культурно­специфичный контекст перевода. Он дол­жен сохранять свою принадлежность культуре языка, на котором был создан текст, но при этом стать понятным читателю культуры перевода.

Рассмотрим следующий пример:

Blert Wheedown (выделено мной - M. И.) made guitars. It took him and Gibbsson, the apprentice, about five days to make a decent instrument, if the wood was available and properly seasoned [8, p. 188].

Блерт Фендер (выделено мной - M. И.) был гитарных дел мастер. На изготовление ему и его помощнику Гиббсону требовалось по­рядком пяти дней, если, конечно, они работали с хорошей, выдержанной древесиной [5, с. 236].

Данный пример представляет собой аллюзию на знаменитого британского му­зыканта Берта Уидауна. Берт Уидаун из­вестен в Великобритании благодаря тому, что именно он первым раскрыл секреты игры на гитаре в своём самоучителе «Play in a Day».

Переводчик намеренно меняет фами­лию в переводе, т. к. для читателей рус­ского текста имя Берт Уидаун не значило бы ничего, поскольку о самоучителе Берта Уидауна и о нём самом мало кто знает в русскоязычной культуре. С другой сторо­ны, Лео Фендер - создатель современной электрогитары - известная личность во всём мире, почитаемая многими музыкан­тами. Таким образом, с целью достижения равенства коммуникативного эффекта и компенсации недостатка фоновых знаний о личности Берта Уидауна у русскоязыч­ных читателей переводчик применил куль­турную адаптацию имени персонажа.

Итак, учёт телео-аксиологических па­раметров является актуальным при пере­воде интертекстуальных включений, об­ладающих культурной спецификой, т. к. сохранение данных параметров в переводе является залогом качественного перевода. Для интерпретации интертекастуализма переводчик должен тщательно его проана­лизировать. В ходе анализа переводчику необходимо не только найти прототекст интертекстуализма, но и определить цель его введения в произведение, интенции автора, коммуникативную нагрузку и ас­социативные связи, возникающие при чте­нии интертекстуального произведения на языке оригинала. Подобный анализ спо­собствует полному пониманию того, как интертекстуальные включения функцио­нируют в оригинальном произведении, чтобы затем найти им соответствия в пере­водящем языке, сведя потери и искажения смысла произведений к минимуму.

Список литературы

  1. Виноградов В. С. Введение в переводоведение (общие и лексические вопросы). М. : Изд-во ин-та общего среднего образования РАО, 2001. 224 с.
  2. Кузьмина Н. А. Интертекст и его роль в процессах эволюции поэтического языка. М. : Ком Книга, 2007. 272 с.
  3. Лотман Ю. М. Чему учатся люди : статьи и заметки. М. : Центр книги ВГБИЛ им. М. И. Рудо-мино, 2009. 416 с.
  4. Пратчетт Т. Музыка души. М. : Эксмо, 2002. 480 с.
  5. Пратчетт Т. Роковая музыка. М. : Эксмо, 2006. 480 с.
  6. Тюленев С. В. Теория перевода. М. : Гардарики, 2004. 336 с.
  7. Pratchett T. Moving Pictures. Corgi Books, 2005. 400 p.
  8. Pratchett T. Soul Music. Corgi Books, 1997. 377 p.
  9. Pratchett T. Wyrd Sisters. Corgi Books, 2001. 265 p.

[I]Интертекстуальность - маркированная опреде­лёнными сигналами «перекличка» текстов, их диалог. (См. Н. А. Кузьмина. Интертекст и его роль в процес­сах эволюции поэтического языка. М., 2007. С. 20).


Читайте также