Ноэл Кауард. Настоящая комедия

Ноэл Кауард. Настоящая комедия

(Отрывок)

Комедия в трёх действиях

Действующие лица:
Гарри Эссендайн — актер
Лиз Эссендайн — бывшая жена Гарри, сотрудница театральной компании
Моррис Диксон — продюсер театральной компании
Генри Липпайтт — главный продюсер театральной компании
Джоанна Липпайтт — жена Генри
МоникаРид — секретарь Гарри
Фред — камердинер в доме Гарри
Мисс Эриксон — экономка в доме Гарри
Дафна Стиллингтон — поклонница Гарри
Леди Солтберн — тетка Дафны
Роланд Моул — поклонник Гарри

Место действия — студия Гарри Эссендайна в Лондоне.

Действие первое
Утро

Действие второе
Сцена 1. Вечер. Через три дня.
Сцена 2. Следующее утро

Действие третье
Вечер. Неделей позже.

Действие первое

Студия Гарри Эссендайна в Лондоне. Справа — дверь в спальню для гостей. Выше — ниша и холл, ведущий к входной двери. Слева лестница на второй этаж, где находится спальня Гарри. Под лестницей дверь для слуг, большое окно. Также слева дверь в кабинет. Справа, помимо двери в спальню для гостей, камин. Обстановка уютная, может, чуть эксцентричная.
Когда поднимается занавес, на часах половина одиннадцатого утра. В комнате царит сумрак, потому что шторы задернуты. Из спальни для гостей выходит Дафна Стиллингтон. Красивая, благовоспитанная девушка из хорошей семьи, лет двадцати трех или четырех. На ней пижама и мужской халат. Она бродит по комнате, пока не находит телефон, и тут же, очень быстро, набирает номер.

Дафна(в трубку). Алле… Алле! Это вы, Сандерс? Могу я поговорить с мисс Синтией?.. Хорошо, я подожду… алле… Синтия, дорогая, это Дафна… да… ты одна? Слушай, я сейчас… ты знаешь где. Да, да… Нет, он еще не проснулся… Здесь никого нет… Нет, в спальне для гостей. Я только что встала, еще не оделась и все такое… Об этом говорить не могу, сюда могут войти в любую минуту… Если кто-нибудь позвонит из дома, ты поклянешься, что я провела ночь у тебя… Дорогая, ты обещала… В этом случае скажи, что я в ванной или… Да, как только оденусь… думаю, где-нибудь через час… Разумеется… Мне просто не терпится рассказать тебе обо всем… Хорошо.
Дафна кладет трубку на рычаг и идет к двери для слуг. Ее отделяют от двери два-три шага, когда в студию входит мисс Эриксон. Тощая, невзрачная шведка, домоправительница. Она в ситцевом платье, в перчатках, на ногах, стоптанные шлепанцы. Курит сигарету.
Дафна(чуть нервно). Доброе утро.
Мисс Э. (без малейшего удивления). Доброе утро.
Подходит к окнам и раздвигает шторы.

Дафна(следуя за ней). Когда вы подниметесь к мистеру Эссендайну?
Мисс Э. Когда он позвонит.
Дафна. А когда он обычно звонит?
Мисс Э. Зависит от того, когда он ложится спать.

Она идет к камину. Дафна следует за ней.

Дафна(торопливо). Боюсь, вчера мы пришли довольно поздно, видите ли, были на вечеринке и мистер Эссендайн великодушно согласился отвезти меня домой, а потом выяснилось, что я забыла ключ от двери в подъезд, и я знала, что до слуг мне не достучаться, они спят под самой крышей, вот мистер Эссендайн и сказал, что я могу остаться на ночь здесь… я и осталась.
Мисс Э. Если вы приехали поздно, он, скорее всего, будет спать до полудня.
Дафна. Ох. А вы не могли бы зайти к нему?
Мисс Э. Увы, нет, мы никогда к нему не заходим, пока он не позвонит.
Дафна. Как вы думаете, удобно мне попросить, чтобы принесли кофе, апельсиновый сок или что-то в этом роде?
Мисс Э. Я посмотрю, что можно сделать.

Она выходит через дверь для слуг. Дафна, довольно мрачная, садится на краешек дивана. Входит Фред, личный слуга Гарри. Он одет с иголочки, в черном пальто из шерсти альпаки. Дафна вскакивает с дивана.

Дафна. Доброе утро.
Фред. Доброе утро.
Дафна. Вы не знаете, в какое время обычно просыпается мистер Эссендайн?
Фред. Он может проснуться в любое время, потому что записки не оставлял.
Дафна. А не могли бы вы заглянуть к нему?
Фред. Он разнесет эти стены по кирпичикам, если я случайно разбужу его. А уж о том, чтобы зайти к нему в спальню, не может быть и речи.
Дафна. Как вы думаете, я смогу позавтракать?
Фред. А что бы вы хотели?
Дафна. Кофе, пожалуйста, и апельсиновый сок.
Фред. Бу сделано.

Фред уходит. Дафна бродит по комнате, пока вновь не присаживается на диван. Моника Рид, секретарь Гарри, появляется из холла. Она в шляпке, в пальто, с пачкой писем. Моника — миловидная, строгого вида дама. Ей сорок с небольшим.

Дафна. Доброе утро.
Моника. Доброе утро. Я — секретарь мистера Эссендайна. Могу я вам чем-нибудь помочь?
Дафна. Боюсь, все так неловко вышло… видите ли, вчера вечером мистер Эссендайн отвез меня домой после вечеринки, а я по глупости забыла ключ от двери подъезда, вот он галантно и предложил мне провести ночь здесь, в спальне для гостей.
Моника. Надеюсь, вы не замерзли.
Дафна. Нет, благодарю вас.
Моника. Дело в том, что в спальне для гостей довольно прохладно.
Дафна. Я не выключала обогреватель.
Моника. И это правильно.
Дафна. А теперь, я вот думаю, может, кто-нибудь сможет сказать мистеру Эссендайну, что я… ну… здесь.
Моника. Я полагаю, он вспомнит о вас, когда проснется.
Дафна. Мне не хочется уезжать, не попрощавшись и не поблагодарив его.
Моника. На вашем месте я бы позавтракала и переоделась, а если он к тому времени не проснется, вы сможете оставить ему записку. Вы уже попросили принести вам завтрак?
Дафна. Да, я думаю, мне принесет его мужчина, который сюда приходил.
Моника. Вы давно знакомы с мистером Эссендайном?
Дафна. Нет, не совсем… то есть я, разумеется, знаю его целую вечность. Всегда знала, что он — замечательный, но познакомились мы только вчера, на вечеринке у Морин Джерратт.
Моника(насмешливо). Понимаю.
Дафна. Я думаю, вне сцены он еще более обаятельный, чем на ней? Вы согласны?
Моника(с легкой улыбкой). Никак не могу прийти к определенному выводу.
Дафна. Вы давно с ним работаете?
Моника. Без малого семнадцать лет.
Дафна(с энтузиазмом). Как чудесно! Наверное, вы знаете его, как никто.
Моника. Не так близко, как некоторые, но лучше многих.
Дафна. Он счастлив, как вы думаете? Действительно счастлив?
Моника. Насколько мне помнится, никогда его об этом не спрашивала.
Дафна. Иногда у него в глазах появляется такая грусть.
Моника. Так вы тоже это заметили?
Дафна. Прошлым вечером мы так долго с ним говорили. Он рассказал мне о том, как пробивался на сцену.
Моника. Часом, не упомянул, что жизнь проходит мимо него?
Дафна. Да, что-то такое говорил.
Моника(снимает пальто и шляпку). Ох-хо-хо!
Дафна. Что с вами?
Моника. Ничего.
Дафна. Вы и представить себе не можете, как я вам завидую. Работать с ним! Но, наверное, вам все завидуют. Должно быть, это божественно.
Моника. Скучать, во всяком случае, не приходится.
Дафна. Надеюсь, вы не думаете, что я поступила ужасно, оставшись здесь на ночь… я хочу сказать, это выглядит не совсем пристойно, не так ли?
Моника. Если уж на то пошло, мисс… мисс?..
Дафна. Стиллингтон. Дафна Стиллингтон.
Моника. Мисс Стиллингтон… это не мое дело, не правда ли?
Дафна. Да, пожалуй, не ваше, но мне бы не хотелось, чтобы вы подумали…
Моника. Семнадцать лет — долгий срок, миссис Стиллингтон. Подобные мысли уже не приходят мне в голову.
Дафна. Понимаю.

Фред входит через дверь для слуг с подносом, на котором кофе, апельсиновый сок и гренок.

Фред. Вы позавтракаете здесь, мисс, или в спальне?
Дафна. Здесь, с вашего разрешения.
Моника. Я думаю, в спальне вам будет гораздо удобнее. После одиннадцати в студии начинается суета. Приходят люди, звонит телефон…
Дафна. Как скажете.
Моника. Я дам вам знать, как только он проснется.
Дафна. Буду вам очень признательна.

Фред с подносом проходит в спальню для гостей. Дафна следует за ним. Моника уходит в кабинет и появляется вновь, чтобы встретиться с Фредом, который как раз выходит из спальни для гостей.

Моника. В ванной есть мыло?
Фред. Да, но кран там хитрый. Его нужно вертеть до Второго пришествия, иначе горячая вода не потечет.
Моника. Ты ей сказал?
Фред. Она сама разберется.
Моника. Лучше пошли к ней мисс Эриксон.
Фред. Она ушла за продуктами, но я ей скажу, как только она вернется.
Моника. Ты был здесь прошлой ночью?
Фред. Нет. Вижу ее впервые.
Моника. Если он не позвонит до двенадцати, нам лучше его разбудить.
Фред. Ты же помнишь, что произошло в прошлый раз.
Моника. Деваться все равно некуда. Он приглашен на ленч.
Фред. Хорошо, но, если рухнет крыша, уж не вини в этом меня.

В этот момент на верхней площадке лестницы появляется Гарри Эссендайн. В пижаме, со всклоченными волосами.

Гарри(в ярости). Полагаю, никому это не интересно, но я крепко, крепко спал и проснулся лишь от того, что все кричат, как баньши. Что у вас творится?
Моника. Я разговаривала с мисс Стиллингтон.
Гарри. Кто, черт побери, эта мисс Стиллингтон?
Моника. Она сейчас в спальне для гостей.
Гарри(спускаясь). Я не спрашивал, где она. Я хочу знать, кто она.
Моника. Мы можем посмотреть в телефонном справочнике.
Фред. Она забыла ключ от двери в подъезд, если вы понимаете, о чем я.
Гарри. Уходи, Фред, и принеси мне кофе.
Фред. Бу сделано.
Гарри. И не говори: «Бу сделано».
Фред. Очень хорошо, сэр (уходит).
Моника. Ты встретил ее на вечеринке, привез сюда, рассказал, с каким трудом пробивался на сцену, и она осталась на ночь.
Гарри. Она такая прелесть, теперь вспомнил. Просто вскружила мне голову. Как, ты говоришь, ее зовут?
Моника. Стиллингтон. Дафна Стиллингтон.
Гарри. Что Дафна — знаю, но понятия не имел, что она — Стиллингтон. Что можешь о ней сказать?
Моника. Очень тревожится.
Гарри. Бедняжка, надеюсь, ты была с ней мила? Ей дали что-нибудь поесть?
Моника. Фред принес ей кофе и апельсиновый сок.
Гарри. И что она сейчас делает?
Моника. Не знаю, наверное, пьет, если не сок, то кофе.
Гарри. Это ужасно, не так ли? Так что же нам делать?
Моника. Она хочет попрощаться с тобой и поблагодарить.
Гарри. За что?
Моника. Вот об этом, дорогой Гарри, я не имею ни малейшего понятия.
Гарри. А почему бы тебе не сказать ей, что она должна тихонько, как мышка, одеться и уйти домой? Ты прекрасно знаешь, какой у нас по утрам бедлам, когда начинают приходить люди и трезвонит телефон.
Моника. Тебе следовало подумать об этом до того, как ты пригласил ее остаться на ночь.

Гарри. Она не могла не остаться. Она же потеряла ключ.
Моника. Чем скорее мы переоборудуем спальню для гостей в библиотеку, тем будет лучше.
Гарри. Она, должно быть, плачет навзрыд.
Моника. Почему бы тебе не убедиться в этом самому?
Гарри. Одолжи мне расческу, и я загляну к ней.
Моника(достает расческу из сумочки). Держи.
Гарри(берет расческу, подходит к зеркалу). Господи, я выгляжу на девяносто восемь.
Моника. Похоже на то.
Гарри. Через два года я стану лысым, как бильярдный шар, и тогда ты об этом пожалеешь.
Моника. Наоборот, только порадуюсь. Потому что, когда твою макушку прикроет паричок, число юных девиц, готовых ради тебя потерять ключ от двери подъезда, заметно уменьшится, и жизнь станет гораздо проще.
Гарри(раздумчиво). Я никогда не буду носить парик, Моника, какой бы большой ни стала моя лысина. Возможно, на сцене я им еще и воспользуюсь, но в жизни — никогда. Я намерен стареть, не теряя достоинства.
Моника. Я уверена, что нам от этого будет только польза.
Гарри. Забирай свою маленькую, мерзкую расческу.
Моника(берет расческу и возвращает в сумочку). А теперь иди, разыграй сцену прощания и как можно быстрее избавься от нашей крошки. Нам нужно разобрать утреннюю почту, и Моррис может прийти в любую минуту. Так что незачем ей путаться у всех под ногами.
Гарри. Я еще не сделал зарядку.
Моника. Сделаешь после того, как она уйдет.
Гарри. Я не могу идти в спальню для гостей в пижаме. Там холодно, как в леднике.
Моника. Обогреватель включен. И работал всю ночь.
Гарри. Какое расточительство!

Дафна выходит из спальни для гостей.

Дафна. Гарри! Я подумала, что слышу твой голос.
Гарри (нежно). Дорогая моя.
Моника. Если я вам понадоблюсь, Гарри, то буду в кабинете.
Гарри (прямо-таки воркует). Спасибо, Моника.
Моника. Вы не забыли, не так ли, что без четверти двенадцать придет мистер Фредерик, чтобы обсудить ваше радиовыступление семнадцатого числа?
Гарри. Не забыл, Моника.
Моника. А ровно в двенадцать придет Моррис, чтобы обсудить, кого из артисток вы собираетесь взять в Африку.
Гарри. Я помню, Моника.
Моника. А на двенадцать тридцать вы пригласили мистера Роланда Моула.
Гарри. Я не забыл, Моника.
Моника. Меня это радует. Прощайте, мисс Стиллингтон. Надеюсь, мы еще встретимся.
Дафна. До свидания.

Моника уходит в кабинет, плотно закрывает за собой дверь.
Дафна подбегает к Гарри, бросается на грудь, обвивает руками шею.

Дафна(уткнувшись лицом в плечо). Гарри. О, Гарри!
Гарри(деликатно отлепляет ее от себя, усаживает диван, садится рядом). Дорогая.
Дафна. Я безмерно счастливо.
Гарри. Я так рад, дорогая.
Дафна. А ты?
Гарри. Счастлив?
Дафна(берет его за руку). Да.
Гарри(мягко высвобождает руку и отворачивается). В счастье есть что-то невыносимо грустное, не так ли?
Дафна. Какая милая шутка.
Гарри. Я и не собирался шутить.
Дафна. Ты мне не доверяешь?
Гарри. Разумеется, доверяю. Почему нет?
Дафна. Я так давно влюблена в тебя.
Гарри (поднимаясь). Нет… не говори этого.
Дафна. Почему? В чем дело?
Гарри. Не люби меня слишком сильно, Дафна! Пообещай мне, что не будешь. Тебе это принесет только страдания. Ничего хорошего из любви ко мне не выйдет… я недостоин любви, действительно, недостоин.
Дафна. Ты достоин любви гораздо больше, чем любой другой человек.
Гарри. Глупый ребенок.
Дафна. Я не ребенок. Мне двадцать четыре.
Гарри(с улыбкой). Двадцать четыре! Если бы я был моложе… Если бы ты была старше…
Дафна. Да какое значение имеет возраст, если люди любят друг друга?
Гарри. Никому, увы, не ведомо знать, как прискорбно часто произносятся эти слова.
Дафна. Но это правда.
Гарри. Посмотри на меня, Дафна. Чистым и ясным, ничем не затуманенным взглядом. Посмотри на морщины на моем лице… на мои редеющие волосы… посмотри мне в глаза.
Дафна. Не выглядишь ты совсем старым.
Гарри(чуть резковато). Я не говорил, что я совсем старый, Дафна. Я лишь попросил посмотреть на меня. Если уж на то пошло, мне чуть больше сорока.
Дафна. Сорок — это немного.
Гарри. Для двадцати четырех — много.
Дафна. Ты хочешь сказать, что не любишь меня?
Гарри. Ничего такого я не говорю.
Дафна. Так ты меня любишь? Скажи это… Любишь?
Гарри. Разумеется.
Дафна. Скажи это.
Гарри. Я люблю тебя, Дафна.
Дафна. О, дорогой…
Гарри (снова садится, берет ее руки в свои). Но это прощание.
Дафна(в ужасе). Прощание.
Гарри. Да. Это неизбежно. Не ради моего блага, дорогая, ради твоего. Прошлым вечером… внезапно… вспыхнул искра. Из нее разгорелось пламя, яркое, бушующее пламя… и это было счастье, немыслимое, удивительное счастье, достойное того, чтобы навсегда остаться в памяти…
Дафна(плачет). Ты другой этим утром… ты не любишь меня… все, что ты мне вчера говорил… на поверку — пустые слова.
Гарри. Юность не понимает. В этом главная беда Юности… они никогда ничего не понимает.
Дафна(вскинувшись). Я не знаю, о чем ты говоришь.
Гарри. Послушай, дорогая моя девочка. Ты влюблена не в меня, не того, кто я есть. Ты влюблена в иллюзию, иллюзию, которой я становлюсь, когда ты видишь меня на сцене. Прошлым вечером я пошел на отчаянный риск. Рискнул навсегда разбить эти чистую, светлую, девичью иллюзию… но не разбил… слава Богу, не разбил… она еще здесь… я вижу ее в твоих глазах… но никогда больше… никогда, никогда больше… я не решусь на такое еще раз… такого, как в прошлую ночь, у меня больше никогда не будет… вот почему мне иногда так одиноко… так отчаянно одиноко… но я хорошо выучил тот горький урок, что преподала мне жизнь, и урок этот — найти в себе силы сказать «Прощай»…
Дафна. Но, Гарри…
Гарри. Позволь мне продолжить…
Дафна. Но я действительно не понимаю, почему…
Гарри.
«Повстречались не так, как попрощались,
То, что в нас, непостижно другим,
Мы свободно с тобой расставались,
Но сомненьем дух наш томим.
Вот, мы скованы мигом одним.
Этот миг отошел безвозвратно,
Как напев, что весной промелькнул,
Как цветок, что расцвел ароматно,
И, как луч, что во влаге сверкнул
И на дне, в глубине, утонул».
Дафна. Но, Гарри…
Гарри. Еще минутку, дорогая…
«Этот миг от времен отделился,
Он был первым отмечен тоской,
И восторг его с горечью слился,
О, обман для души, дорогой!
Тщетно ждать, что настанет другой»

Это Шелли. Прекрасно, не правда ли?
Дафна. Да, но…
Гарри. Шелли знал о любви все, до последней мелочи! Всю радость, всю грусть, всю невыносимую боль…
Дафна. Я не понимаю, почему любовь должна быть такой несчастной.
Гарри(горько рассмеявшись). Причина в том, что бы так молода, так нежна… и с такой жадностью набрасываешься на жизнь…
Дафна. Вчера вечером ты сказал, что я — та единственная, которую ты всегда искал, а теперь вот нашел и уже никогда не позволишь мне уйти.
Гарри(прост, как правда). Так и есть. Я никогда не дам тебе уйти. Ты навсегда останешься в моем сердце.
Дафна(снова плачет). О, Гарри…
Гарри(нежно берет ее за руку). Не плачь… пожалуйста, пожалуйста, не плачь… Так тяжело видеть твои слезы…
Дафна(приникает к нему). Как ты можешь говорить, что я влюблена в иллюзию, а не в тебя, из плоти и крови…
Гарри. Потому что это правда.
Дафна. Нет… нет… прошлой ночью ты был настоящий, не на сцене… ты не играл…
Гарри. Я всегда играю… наблюдаю за собой со стороны… вот, что самое ужасное… вижу себя постоянно, когда ем, люблю, страдаю… иногда думаю, что схожу с ума…
Дафна. Я могла бы тебе помочь, если бы ты позволил.
Гарри(поднимается, прохаживается по комнате). Если бы ты могла, но уже поздно…
Дафна. Нет… клянусь, что нет… Ты увидишь, я тебе это докажу.
Гарри(очень спокойно). Послушай, дорогая моя. Дело не в том, что я тебя не люблю, наоборот, люблю, я понял это в тот самый момент, когда обнял тебя прошлой ночью, но моя жизнь не принадлежит мне. Я не свободен, не могу, как другие мужчины, ухватиться за счастье, которое само плывет мне в руки. Я принадлежу моей публике и работе. Через две недели я должен уехать в Африку. С репертуаром из шести пьес… ты понимаешь, что это значит? Суета, беготня, нервное напряжение… Это и есть моя работа, единственное, чему я должен хранить верность. Когда я вернусь, если вернусь, я снова взгляну на тебя и пойму, с первого взгляда, ждала ты меня или нет… пожалуйста, подойди ко мне и поцелуй, один раз… только один, и уходи…
Дафна(подбегая к нему). Гарри… дорогой…
Гарри(страстно целует ее с закрытыми глазами). Au revoir, сладенькая моя… не прощай… только au revoir.

Он мягко отстраняет Дафну от себя, с написанной на лице грустью идет к окну, там застывает, вероятно, пытаясь совладать с чувствами, спиной к ней. Дафна несколько мгновений смотрит на него, не зная, что делать. Потом, плача, уходит в спальню для гостей, захлопывает дверь. Фред входит через дверь для слуг, на подносе завтрак Гарри.

Фред. Будете пить кофе здесь или наверху?
Гарри. Все равно… мне все равно, где.
Фред. Я бы принес завтрак раньше, но услышал все эти вопли и рыдания и решил подождать.
Гарри. Поставь поднос, Фред, и уходи.
Фред. Бу сделано.

Ставит поднос на стол у камина и уходит, посвистывая. Моника появляется из кабинета с другим подносом. На нем вскрытые письма. Звонит телефон.

Гарри(раздраженно). Господи, ни минуты покоя… нигде мне нет ни минуты покоя…
Моника(направляется к телефонному аппарата). Я переключила звонки из кабинета, потому что нам нужно просмотреть письма, а я не могу все время бегать в кабинет и обратно. (Снимает трубку). Секретарь мистера Эссендайна слушает… Нет, боюсь, сейчас он к телефону подойти не может. Могу я что-нибудь… Нет, сейчас он очень занят, думаю, будет лучше, если вы напишите ему письмо… Нет, извините, это невозможно… Очень хорошо… Пустяки… До свидания (кладет трубку на рычаг).
Гарри. Кто звонил?
Моника. Некий мистер Брамбл.
Гарри. Никогда о нем не слышал.
Моника. Он сказал, что ты обещал взглянуть на его изобретение.
Гарри(садясь за стол). Какое изобретение?
Моника. Не имею ни малейшего представления.

Через дверь для слуг входит мисс Эриксон.

Биография

Произведения

Критика

Читати також


up