Женские образы, их роль в поэтике романа М. Лермонтова «Герой нашего времени»

Женские образы, их роль в поэтике романа М. Лермонтова «Герой нашего времени»

Кирилюк З.

 Общим явлением в развитии европейских литератур первых десятилетий XIX ст. было стремление осмыслить и отобразить социально-психологический тип современника, для которого характерен разлад с обществом и с самим собой, сознание интеллектуального и нравственного превосходства, отчуждение, противостояние среде, чувство неудовлетворенности, душевная усталость, скептицизм.


 В разной степени и сочетании эти качества присущи героям произведений английского поэта Байрона («Странствия Чайльд Гарольда» (1812-1818), французов Бенжамена Констана («Адольф» 1815, 1816) и Альфреда де Мюссе («Исповедь сына века» 1836), Пушкина («Евгений Онегин» 1823-1831), Лермонтова («Герой нашего времени» 1839-1840). Главная отличительная особенность этих произведений состоит в том, что внимание в них сосредоточено на особенностях личности, на душевной, внутренней жизни человека.

 У каждого народа были свои причины возникновения родственных явлений, которыми определялись индивидуальные черты создаваемых образов. «Болезнь нашего века происходит от двух причин: народ, прошедший через 1793 и 1814 годы, носит в сердце две раны», — писал Альфред де Мюссе, связывая возникновение распространенных общественных настроений с историческими событиями, последовавшими за французской революцией и поражением Наполеона. Пушкин искал причину того, что считали «болезнью века», в русской действительности:

Недуг, которого причину

Давно бы отыскать пора,

Подобный английскому сплину,

Короче русская хандра

Им овладела понемногу...

(I, XXXVIII)

 Обратившись к той же теме, Лермонтов иначе определил творческую задачу: он стремился раскрыть тончайшие нюансы психологии героя и утверждал, что «история души человеческой... едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа». Своего героя он называет «героем времени», подчеркивая этим закономерность возникновения подобного общественного явления и причины его распространенности.

 Одной из важнейших задач изучения романа Лермонтова является осмысление сущности созданного автором образа человека, представлявшегося ему носителем типичных свойств и настроений современников. В нем он стремился отобразить характерные особенности целого поколения. В верном понимании авторской трактовки образа Печорина — ключ к пониманию идейной направленности романа. (Не случайно статья известного лермонтоведа Б. Эйхенбаума, в которой рассматривается этот образ, называется «О смысловой основе «Героя нашего времени»).

 Постижение сущности созданного Лермонтовым характера требует осмысления специфики его творческой манеры. Одна из важнейших ее черт — особая роль женских образов и связанных с ними коллизий в раскрытии внутреннего мира героя. Продуктивность реализованного в «Герое нашего времени» творческого решения становится очевиднее, если проследить процесс поисков способа создания образа неудовлетворенного жизнью человека, не разделяющего мнений света, скучающего в обществе, в котором живет, страдающего и приносящего страдания другим. Первая попытка осмысления и отображения такого типа была предпринята Лермонтовым в «Княгине Литовской». Здесь намечены основные черты характера Печорина, но произведение не было завершено. В июне 1838 г. Лермонтов писал С.А. Раевскому: «Писать не пишу, печатать хлопотно, да и пробовал, но неудачно». Немаловажную роль в том, что первое начинание оказалось неудачным, сыграло то, что коллизии, связанные с женскими образами, не способствовали созданию образа «героя времени». Черты разочарованности, скептицизм, резкость суждений Печорина в «Княгине Литовской» в значительной мере определялись личными причинами — мучительными чувствами из-за безнадежной любви к Вере Литовской — женщине, «которая была постоянною его мечтою в продолжение нескольких лет, с которою он был связан прошедшим, для которой был готов отдать свою будущность». Интрига с увядающей светской девицей Негуровой была попыткой придать себе большую значимость, добиться лучшего положения в свете. «Чтоб поддержать себя, приобрести то, что некоторые называют светскою известностью... заставить толпу взглянуть на себя», он интригует, притворяется влюбленным, старается скомпрометировать Негурову. «На балах Печорин со своею невыгодной наружностью терялся в толпе зрителей, был или печален — или слишком зол, потому что самолюбие его страдало... У него прежде было занятие — сатира, — стоя вне круга мазурки, он разбирал танцующих». Все эти обстоятельства личной судьбы героя были достаточной причиной его разочарованности, неудовлетворенности жизнью, резкости, критичности суждений. Замысел не удавался — не получался характер, обусловленный не случайными обстоятельствами частной биографии, а общественными причинами, которые определили характерные черты многих молодых людей.

В «Герое нашего времени» снимаются все эти неблагоприятные частные причины, трагедия героя определяется не личными неудачами, а обстоятельствами, общими для целого поколения. Произведение Лермонтова имеет чисто внешнее сходство с популярными в те времена романтическими повестями и поэмами о любви просвещенного европейца к «дикарке» и со светскими повестями о лирических и драматических событиях в аристократических кругах. В них внимание сосредоточивалось на любовной интриге, которая играла ключевую роль в конфликте произведения и имела самодовлеющее значение. Таковы были повести Марлинского, где любовная интрига становилась главным сюжетообразующим началом, определяющим идейную направленность повести. Лермонтов же задумал произведение о трагедии современника — интеллектуальной рефлектирующей личности, обреченной томиться в «действии пустом» в духовно чуждой ему среде. Этим определяется и принципиально иная роль женских образов и любовной коллизии в поэтике романа. В общении с Бэлой, «ундиной» из «Тамани», Мери и Верой раскрывается сложный и противоречивый образ «героя времени». Автор позволяет читателю заглянуть в глубины его внутреннего мира и в какой-то мере понять причины безысходности его положения, несмотря на то, что судьба благосклонна к нему.

 Приступая к изучению романа, необходимо осмыслить важнейшие особенности индивидуальной творческой манеры автора. В отличие от Пушкина, создавшего во многом родственный образ в романе «Евгений Онегин», Лермонтов решает подобную задачу иными средствами. Одно из существенных отличий состоит в том, что автор в романе Пушкина сам характеризует свойства натуры героя, его настроения, привычки, желания, способности, ум:

Мне нравились его черты.

Мечтам невольная преданность,

Неподражательная странность

И резкий охлажденный ум.

(1, XIV)

Он даже вступает в спор о герое с воображаемым читателем:

Зачем же так неблагосклонно Вы отзываетесь о нем?...

(8, IX)

 В романе Лермонтова авторские характеристики героя совершенно отсутствуют, и это специально подчеркнуто. Прямо поставленный вопрос в Предисловии к «Журналу Печорина» остается без ответа: «Может быть, некоторые читатели захотят узнать мое мнение о характере Печорина? — Мой ответ — заглавие этой книги. «Да это злая ирония!» — скажут они. — Не знаю». Образ создается системой художественных средств, среди которых нет готовых достоверных характеристик. Суждения рассказчиков и признания самого героя могут уточняться и опровергаться. В процессе чтения представление о герое складывается у читателя на основании различных проявлений характера — поступков и высказываний, косвенных свидетельств, намеков, психологических деталей. Противоречивость натуры героя, сложное переплетение альтернативных чувств и действий заставляет автора избегать четких характеристик. Еще в «Княгине Литовской», не находя способа показать характер в действии, он замечает, что под маской беззаботности и равнодушия кроются совсем другие свойства натуры: «Но сквозь эту холодную кору прорывалась часто настоящая природа человека. Видно было, что он следовал не всеобщей моде, а сжимал свои чувства и мысли из недоверчивости или из гордости. В «Герое нашего времени» автор предоставляет читателю самому разобраться а особенностях натуры главного персонажа, но в то же время последовательно ведет читателя от загадки к разгадке на протяжении всего романа, и в этом движении к истине значительную роль играют женские образы.

 Усложненность принципа создания образа, противоречивость созданного характера нередко приводили к разному его истолкованию. Неудовлетворенный упрощенным воcприятием романа читателями Лермонтов в предисловии ко второму изданию намекал на необходимость учитывать не только видимое, но и скрытый смысл действий, слов и мельчайших деталей: «Наша публика так еще молода и простодушна, что не понимает басни, если в конце ее не находит нравоучения...

 Образы женщин, судьбы которых пересекаются с судьбой Печорина, раскрываются в отдельных частях романа с системой образов, конфликтом, сюжетным действием. В судьбе каждой из них Печорин играет роковую роль. В «Бэле» добродушный Максим Максимыч рассказывает о похищении и гибели девушки-горянки как о наиболее ярком драматичном эпизоде из жизни в крепости, многого не понимая в действиях и настроениях героя. В повести «Максим Максимыч» о Бэле только упоминается, но этот фрагмент играет очень важную роль в трактовке образа главного персонажа. В «Тамани» самим героем записан эпизод мимолетной встречи с девушкой-контрабандисткой, которая едва не стоила ему жизни. В «Княжне Мери» развертывается цепь интриг в среде «водяного общества», связанных с Мери и Верой. Все части романа объединены образом главного героя, который последовательно раскрывается все глубже.

 Способ и художественные средства построения образа в отдельных историях в значительной мере определяются особенностями женского персонажа, вокруг которого развивается действие. Каждая героиня обладает четко очерченными индивидуальными свойствами, этим обусловлен и характер общения, и возможности психологического анализа. Бэла и девушка из «Тамани» далеки от условностей мира, которому принадлежит Печорин. Их мировосприятие, система поведения, характер и сила чувств обусловлены образом жизни, окружением, близостью природе. Сформировавшиеся в мире вольных горцев или контрабандистов, где превыше всего ценится свобода, они существенно отличаются от княжны Мери и Веры, воспитанных высшим светом, где царит этикет. В зависимости от индивидуальных свойств персонажей, с которыми общается Печорин, меняются средства раскрытия его внутреннего мира. В первых историях, описанных в романе, натура героя проявляется в общении с Бэлой, «ундиной», Максимом Максимычем преимущественно в его поступках. В дальнейшем способ его характеристики усложняется.

При изучении романа Лермонтова можно успешно сочетать две задачи: рассмотрение вопросов, связанных с идейной направленностью и поэтикой произведения, и развитие навыков анализа художественного текста. Рационально поставленные задания для самостоятельной работы с текстом или для обсуждения отдельных вопросов в классе помогут не только глубоко понять смысл всего романа и особенности отдельных образов, но и увидеть своеобразие индивидуальной творческой манеры Лермонтова, понять скрытый смысл мельчайших деталей текста.

 В школьной аудитории образ Печорина нередко вызывает разноречивые отзывы. Взаимоисключающие суждения о «герое времени» высказываются и в работах лермонтоведов. Монолог Печорина, в котором он говорит о жизненных обстоятельствах и разочарованиях, о том, как формировался его характер, о своем душевном состоянии, нередко воспринимается как исповедь, где каждое слово — искреннее признание. Другая крайняя точка зрения высказана В. Левиным, который убеждает читателя, что все здесь — «заведомая ложь». Существование полемических суждений может быть использовано учителем для организации диспута, участники которого будут учиться обосновывать свои выводы, опираясь на текст. В классах с углубленным изучением литературы можно провести проблемный урок по вопросам, которые в лермонтоведении не получили однозначного освещения и вызвали полемику.

 Лекционный материал будет легче усваиваться, если провести предварительную самостоятельную работу с текстом. Первым может быть задание:

 1.  Отобрать фрагменты текста, дающие представление о Максиме Максимовиче как рассказчике.

 2. Проследить, как личные свойства рассказчика сказываются на формировании читательского представления о Печорине.

 Такие наблюдения подготовят учащихся к восприятию лекционного материала.

 Читатель начинает знакомиться с героем через восприятие Максима Максимыча. Одновременно складывается и представление о своеобразии авторской манеры создания образа. Способность повествователя понять героя существенно важна для построения образа. Он рассказывает драматическую историю Бэлы. Казалось бы, добрый, отзывчивый, умудренный жизненным опытом рассказчик хорошо знает Печорина. Однако при внимательном чтении обнаруживается, что разными средствами автор предостерегает читателя от чрезмерного доверия его умозаключениям. Первое, что узнает читатель о Печорине, убеждает, что старому служивому он непонятен, кажется странным: «Славный был малый, смею вас уверить; только немножко странен... Да-с, с большими был странностями...». Мысль о непонимании рассказчиком душевного состояния человека, к которому он испытывает дружеские чувства, подтверждается на протяжении всего рассказа. Пересказав собеседнику исповедальные признания Печорина о его переживаниях и несбывшихся надеждах, Максим Максимыч недоумевает: «Что за диво!». Показателен последующий обмен репликами о настроениях молодежи:

— «А все, чай, французы ввели моду скучать? — спрашивает Максим Максимыч.

— Нет, англичане.

— Ага, вот что!.. — отвечал он, — да ведь они всегда были отъявленные пьяницы?

 В «Фаталисте» автор еще раз показывает, что Максим Максимыч далек от понимания проблем, волнующих молодых его современников. Вернувшись в крепость после драматического происшествия в станице, Печорин рассказал все Максиму Максимычу, чтобы «узнать его мнение насчет предопределения; он сначала не понимал этого слова, но я объяснил его как мог, и тогда он сказал, значительно покачав головою: Да-с! конечно-с! — это штука довольно мудреная». Пустившись в рассуждения о качествах азиатских курков и черкесского оружия, он проявил полное непонимание сути заданного ему вопроса.

 Эпизод о гибели Бэлы может быть плодотворно использован для проведения работы с текстом в классе. Цель такой работы — составить представление о внутреннем состоянии героя. Это будет способствовать пониманию образа в целом и осмыслению значимости мельчайших деталей. Еще Белинский отметил: «Тут нет ни страницы, ни слова, ни черты, которые были бы наброшены случайно...». Стараясь заметить и осмыслить различные авторские приемы формирования читательского восприятия описанных событий и действий героев, учащиеся будут совершенствовать умение анализировать художественный текст.

 Рассказ Максима Максимыча о поведении и состоянии Печорина в рассматриваемом эпизоде может быть воспринят по-разному. В процессе обсуждения будут высказаны взаимоисключающие точки зрения об отношении героя к происходящему. Задача учителя состоит не в том, чтобы привести учащихся к определенному выводу, каждый из них составит свое мнение. Важно добиться, чтобы суждения были аргументированы и не игнорировалось бы то, что противоречит сложившемуся мнению. При этом даже ошибочное мнение будет уточняться в ходе анализа произведения.

 Из рассказа Максима Максимыча читатель узнает о Печорине значительно больше, чем он сам осмысливает. Максим Максимыч сочувствовал Бэле, по-своему любил ее, старался помочь, тяжело переживал ее гибель. Его поражает реакция Печорина на его утешения: «Только что она испила воды, как ей стало легче, а минуты через три она скончалась... Я вывел Печорина вон из комнаты, и мы пошли на крепостной вал; долго мы ходили взад и вперед рядом, не говоря ни слова, загнув руки за спину; его лицо ничего не выражало особенного, и мне стало досадно: я бы на его месте умер с горя. Наконец он сел на землю, в тени, и начал что-то чертить палочкой на песке. Я, знаете, больше для приличия хотел утешить его, начал говорить; он поднял голову и засмеялся... У меня мороз пробежал по коже от этого смеха... Я пошел заказывать гроб». Создается представление об эгоизме, черствости Печорина, чуждого чувству сострадания, равнодушно воспринимающего смерть девушки. Неожиданная реакция Печорина неприятно поражает и читателя. Однако автор здесь же старается посеять сомнение, что смех Печорина отражает его истинное настроение, хотя Максиму Максимычу именно это представляется самым убедительным. Он не придает значения другим, менее заметным объективным признакам психического состояния.

 В непроизвольных действиях Печорина проявляется сильное волнение. Когда появились признаки приближающегося конца: «он сделался бледен, как полотно, схватил стакан, налил и подал ей». Вспоминая о нем у постели умирающей, рассказчик замечает: «Я ничего жальче этого не видывал». Собеседник, лучше знавший людей печоринского типа, прерывает рассказ о том, где похоронили Бэлу и как был украшен гроб, вопросом о Печорине, как бы подчеркивая этим разницу в оценке значимости предмета разговора и возвращаясь к главному:

— А что Печорин? — спросил я.

— Печорин был долго нездоров, исхудал, бедняжка; только никогда с этих пор мы не говорили о Бэле: я видел, что это ему будет неприятно...

 Замечания о том, что вид Печорина вызывал жалость, о его действиях и состоянии («сделался бледен», «схватил» стакан, «был долго нездоров, исхудал») вызывают сомнение в бездушии героя, но не дают четкого представления о его чувствах. Эти, казалось бы, мелкие и незначительные намеки, которые могут быть по-разному истолкованы, в дальнейшем развитии действия обретают истинное свое значение.

 В рассказе «Максим Максимыч» описана встреча героя со старым сослуживцем и приятелем спустя пять лет после гибели Бэлы. Лаконичными средствами очерчено общее психическое состояние Печорина: он тяготится жизнью, едет в Персию. Еще в свою бытность в крепости он говорил Максим; Максимычу:  «Жизнь моя становится пустее день ото дня мне осталось одно средство: путешествовать. Как только будет можно, отправлюсь, только не в Европу, избави Боже — поеду в Америку, в Аравию, в Индию, — авось где-нибудь умру на дороге!». Возвращаясь из Персии, Печорин умер. Скупые вынужденные реплики его в ответ на эмоциональные вопросы Максима Максимыча обнаруживают безразличие ко всему, что его окружает. Значительный для понимания состояния духа героя подтекст имеет то, что он оставляет в чужих руках свой дневник, с которым прежде связывал какие-то надежды: «...этот журнал пишу я для себя и, следственно, все, что я в него ни брошу, будет со временем для меня драгоценным воспоминанием». В такой ситуации, когда, казалось бы, его уже ничто не волнует, и сама жизнь утратила смысл, он обнаруживает крайнюю взволнованность при одном упоминании о Бэле. В отчаянной попытке задержать Печорина Максим Максимыч надеется завести разговор о былом: «А помните наше житьё-бытьё в крепости?... Славная страна для охоты!.. Ведь вы были страстный охотник стрелять... А Бэла?

 Печорин чуть-чуть побледнел и отвернулся...

 Да, помню! — сказал он, почти тотчас принужденно зевнув,..». В описании Печорина каждое слово — внешнее проявление чувств и желаний. В процессе работы с текстом важно обратить внимание на неоднозначность внешних проявлений эмоций и психических состояний: одни непроизвольно возникают помимо воли человека, другие нарочито демонстрируются, чтобы скрыть истинные чувства. Печорин бледнеет при одном упоминании о Бэле, несмотря на то, что прошли годы. Он отворачивается, очевидно, стараясь скрыть волнение, бросает равнодушное «Да, помню», чтобы прекратить разговор и, пытаясь окончательно убедить собеседника, что тема ему неинтересна и скучна, принужденно зевает.

 Размышления учащихся над деталями текста подготовят их к восприятию рассказа самого героя. Сначала читатель увидел его глазами повествователей. Его внутренний мир раскрывался почти исключительно в поступках и внешних проявлениях. В «Журнале Печорина» в форме дневниковых записей о событиях рассказывает он сам, тем не менее и здесь остается прежний принцип: сказанное даже самим персонажем о себе не отражает полной истины. Словесные замечания и характеристики часто существенно корректируются смыслом поступков, деталей поведения, непроизвольными проявлениями чувств и настроений. С этой целью используются даже пейзажные зарисовки. В предисловии к Журналу, написанном от имени публикующего отрывки записок Печорина, автор подготавливает читателя к восприятию сложного и противоречивого характера. Суждения ведущего дневник охарактеризованы как следствие «наблюдений ума зрелого над самим собою» без «тщеславного желания возбудить участие или удивление». «Перечитывая эти записки, — пишет он, — я убедился в искренности того, кто так беспощадно выставлял наружу собственные слабости и пороки». «Исповедь» Руссо, по его мнению, «имеет уже тот недостаток, что он читал ее своим друзьям», а публикуемый Журнал не предназначался для чужого ока.

 В дневнике самокритичные замечания героя-повествователя контрастируют с тем, что обнаруживается в развитии действия. Суждения его о себе не опровергаются, но воспринимаются в контексте других поступков, мыслей, чувств, настроений. Самой формой повествования от имени персонажа создается внутренне противоречивый образ: обнаруживаются слабости и пороки пишущего и одновременно его страдание из-за невозможности что-либо изменить: «С тех пор, как я живу и действую, — пишет он, — судьба как-то всегда приводила меня к развязке чужих драм, как будто без меня никто не мог бы ни умереть ни прийти в отчаяние. Я был необходимое лицо пятого акта; невольно я разыгрывал жалкую роль палача или предателя». Чувством горечи проникнут оставшийся без ответа вопрос: «Неужели, думал я, мое единственное назначение на земле — разрушать чужие надежды?». Записанные перед дуэлью мысли бросают свет на причины горестных настроений: «Пробегаю в памяти все мое прошедшее и спрашиваю себя невольно: зачем я жил, для какой цели родился?... А, верно, она существовала, и, верно, было мне назначение высокое, потому что я чувствую в душе моей силы необъятные; но я не угадал этого назначенья, я увлекся приманками страстей пустых и неблагодарных...». «Пустыми и неблагодарными» страстями спровоцированы драматические события в жизни Мери, Веры, девушки из «Тамани», трагическая судьба Бэлы. Если в общении с Бэлой и «ундиной» характер раскрывается только в самых общих его чертах, то в отношениях с Мери и Верой, принадлежащих к тому же социальному кругу, значительно расширяются возможности ситуативных и конфликтных положений, в которых обнаруживаются тончайшие нюансы характера. В дневниковых записях Печорина для внимательного читателя приоткрывается логика его поведения, причины, толкающие его на пустые и нередко опасные приключения. Поставив перед собой вопрос: «зачем я так упорно добиваюсь любви молоденькой девочки, которую обольстить я не хочу и на которой никогда не женюсь?», он в результате философских размышлений приходит к выводу, что мыслящий человек не может бездействовать. Его убеждение, что «гений, прикованный к чиновническому столу, должен умереть или сойти с ума, точно так же, как человек с могучим телосложением, при сидячей жизни и скромном поведении, умирает от апоплексического удара», косвенно свидетельствует о том, как мучительна для него пустота жизни и невозможность в тех условиях найти достойное применение силам и способностям, которые он ощущает в себе. Стремясь заполнить чем-то томящую его пустоту, он готов рисковать жизнью и своей, и тех, с кем его сталкивает судьба, ищет возможность утолить неуемную жажду деятельности в любовных авантюрах, в интриге с Грушницким, в приключении с пьяным казаком. Мотивация таких действий раскрывается его признанием: «Я люблю врагов, хотя не по-христиански. Они меня забавляют, волнуют мне кровь. Быть всегда настороже, ловить каждый взгляд, значение каждого слова, угадывать намерения, разрушать заговоры, притворяться обманутым, и вдруг одним толчком опрокинуть все огромное и многотрудное здание из хитростей и замыслов — вот что я называю жизнью». Нереализованная возможность «назначения высокого» заменяется пустыми интересами и действиями, в которых мобилизуются умственные и физические способности, создавая кратковременное ощущение полноценной жизни и стойкое чувство неудовлетворенности, разочарованности. «Я иногда себя презираю, не оттого ли я презираю и других?... Я стал неспособен к благородным порывам; я боюсь показаться смешным самому себе», — записывает Печорин в дневнике. Замечанием о том, что благородные порывы могут показаться смешными, Лермонтов намекает на общественную природу подобных настроений, его герой скрывает искренние чувства, опасаясь насмешки, маскирует их циничными словами и действиями. Это характерное явление общественной жизни тех лет отмечено и Пушкиным. Упомянув в «Евгении Онегине» о пагубном влиянии на личность «хладного разврата света», он заметил: «Нам чувство дико и смешно».

 Противоречивостью создаваемого характера обусловлен принцип его построения. Автор показывает в действии сочетание противоположных проявлений свойств личности. Негативная самооценка Печорина дополняется и частично смягчается тем, какие его черты проявляются в поступках, в скрытых от постороннего наблюдателя чувствах. Такая особенность характера не поддается четкому определению. Печорин сам себя не понимает, по-разному его оценивают окружающие. «...Может быть, я завтра умру! — думает он накануне дуэли, — и не останется на земле ни одного существа, которое бы поняло меня совершенно. Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом деле... Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец!.. И то и другое будет ложно».

 Предварительные наблюдения учащихся в самостоятельной работе над образом повествователя в «Бэле» подготовят их к восприятию лекционного материала. На следующем этапе задание можно усложнить. Избрав отдельные фрагменты текста и сформулировав конкретные вопросы, учитель может поставить цель — научить пользоваться теоретическими сведениями лекции в практической работе.

 Источник: Всесвітня література та культура. – 2000. - №3. – С. 38-43.

   




Ключевые слова: м. лермонтов,женские образы,система образов,поэтика романа,биография лермонтова,герой нашего времени,критика на творчество лермонтова,скачать бесплатно,скачать реферат,проза лермонтова,русская литература

Читайте также